Если человеку на самом социальном дне предложить стать сильнее и рвать тех, кто раньше был выше него в иерархии, то многие вцепятся в эту возможность всем, чем смогут. Вот только вопрос, сохранят ли они тебе лояльность после процедуры изменения. Разглядываю пленного, детализирую.
— Сколько у вас таких сторонников? На полуострове они есть?
Хрипит и пытается повернуть голову в сторону.
— В городе — несколько тысяч. Часть из них сейчас отправилась на процедуру «изменения». Остальные всё ещё там. Среди ваших, таких пока нет.
Своей первой фразой он напоминает мне ещё об одном важном вопросе, который я немедленно задаю.
— Где ваша клиника ГЛОМС? В каком селении находится?
В воздухе опять звучит лающий смех.
— Тебе это не поможет, человек. Наши женщины рожают по десятку детей каждые девять дней. А через три стадии окукливания, они превращаются в полноценных солдат.
Слегка надавив на нож, проворачиваю острие в глазнице. Чуть наклонившись к его морде, выдаю фразы.
— Твоя задача — отвечать на вопросы, а не высказывать своё мнение.
На этот раз предпочитает не смеяться, прежде чем дать ответ.
— Сейчас, по паре дней. Ты ведь уже всё понял, человек. Скоро нас будет десятки тысяч. Потом сотни. Затем миллионы. Из вас останутся только те, кто примет новую реальность и склонят свои головы.
Усмехаюсь. Повторно задаю вопрос.
— Где клиника ГЛОМС, что производит процедуру изменения? В каком городе она находится?
Для придания ему ускорения, ещё чуть проворачиваю острие ножа в глазнице.
— В Клявлино. Но вам туда не подобраться. Никому не прорваться к нашей столице.
Хрипит и кашляет, извиваясь на земле. Я же задаю финальный вопрос.
— Сколько вас в Тольятти? Что собираетесь делать дальше?
Пару мгновений молчит. Потом начинает отвечать.
— Сейчас в городе около тысячи наших. И где-то столько же людей, которые с нами. Вам повезло, что там ещё остались настырные ублюдки, прячущиеся за своими стенами. И Остон не смог обрушить на вас всю мощь нашей армии.
На момент представляю, что было бы, окажись против нас не пара сотен «оборотней», а хотя бы пятьсот. Или вся тысяча. Сомневаюсь, что при таком раскладе, получилось бы отбиться. Давлю в себе эти мысли и обращаю внимание, что пленный не ответил на вторую часть вопроса. Повторяю.
— Какие у вас дальнейшие планы? Что собираетесь делать?
Тот пытается повернуть голову, чтобы отодвинуться от лезвия ножа, упирающегося в глазницу.