Трёх налётов хватит, чтобы перебить половину населения и всех ваших солдат. После этого мы присоединится к атаке, полностью зачистив всех уцелевших. Так что проедем мы в любом случае. Вопрос только во времени и израсходованных ресурсах.
Задумчиво смотрит на робота, видимо оценивая реалистичность его угроз. Переводит взгляд на меня. Потом на головную машину колонны. Снова на «Урана». Жуёт губы.
— Как я понимаю, спрашивать, кто вы такие, тоже не стоит. Предположим, мы вас пропустим. Какие гарантии нашей безопасности?
А он, похоже, серьёзно нас переоценил.
Бросаю взгляд на роботехника и не дожидаясь, пока он заговорит, шагаю вперёд.
— Нам нет дела до ваших населённых пунктов. Прямо сейчас армия «волколюдей» заняла половину Тольятти, пожирая выживших местных и наращивая свою мощь.
Самаре. Каждый дрон, единица техники или отряд, снятый с фронта, может привести к изменению ситуации не в нашу пользу. Поэтому, тут настолько скромные силы.
На этот раз, представитель Чапаевска, молчит намного дольше. В конце-концов озвучивает своё решение.
— О «волках» мы слышали. Но ни разу не видели. Если всё действительно так, как вы говорите — проезжайте.
Сегодня вы можете перемещаться неограниченное количество раз.
Благодарю его. После чего сообщаю, что мы с радостью прихватит с собой отряд добровольцев для битвы за
Тольятти, если таковые найдутся. Он предсказуемо отказывается. Как и от предложения прокатиться и посмотреть на всё лично. Зато, хотя часть его сомнений, по поводу нашей искренности, снимается. Конечно, можно было бы попробовать использовать «натиск».
Ещё минут пять у него уходит, чтобы связаться с другими постами и кем-то ещё из руководства города. После этого нас пропускают. До момента пересечения их противоположной границы, подсознательно жду атаки. Но местные, видимо, решают лишний раз не рисковать.
После того, как выезжаем за Чапаевск, начинается относительно мирная территория.