— Давай так, у тебя в любом случае есть какой-никакой мой психологический портрет, и ты наверняка знаешь, что я крепко держу своё слово. Так вот, даю тебе слово, что не буду разговаривать с твоими нанимателями, ежели ты сию же секунду не расскажешь мне, на кого работаешь и что этим людям от меня надо.
— Перестань, это уже несмешно, — нахмурилась она.
— Вон тому мужчине с книгой тоже несмешно. А знаешь почему? Потому что он страхует тебя.
— Кажется, тебе надо показаться врачу. У тебя какая-то мания преследования, или как это называется? — шумно сглотнула красотка и жалобно посмотрела на меня.
— Наблюдательность — так это называется, — назидательно поднял я палец и встал с кресла. — Что ж, приятно было познакомиться. Можешь передать своим нанимателям, что я с ними сотрудничать не буду. Хорошего дня.
Я подмигнул девушке и не спеша пошёл к вешалке со своей верхней одеждой.
Ангелина быстро взвесила все «за» и «против», после чего умоляюще бросила мне в спину:
— Вернись, давай поговорим!
Я довольно улыбнулся и развернулся, заметив завистливый взгляд официанта.
— Жить без меня не может, — шёпотом бросил я парню, проходя мимо него. — А уж что она в постели вытворяет… Ух-х-х!
Официант чуть поднос не выронил и ещё несколько секунд, сгорая от зависти, пристально смотрел, как я иду к столу красавицы.
— Твоя взяла, — хмуро сказала посерьёзневшая Ангелина, перестав улыбаться.
— Начни хоть с чего-нибудь, — усмехнулся я, вернув свой зад в кресло. — Можешь для начала представиться, или мне продолжать называть тебя выдуманным именем?
— Мне всегда нравилось имя Ангелина, — ровным голосом проговорила она, сложив руки на выдающейся груди. — Поклянись Живой, что наш разговор останется между нами.
— Живой? С удовольствием. Могу поклясться даже её головой и здоровьем, — охотно согласился я и произнёс слова клятвы.
Девушка кивнула и по-деловому проговорила без всякого кокетства:
— Я работаю на государство. И государству нужны такие, как ты, Громов.
— А поконкретнее? Какие именно мои таланты понадобились государству? Магия? Чувство юмора?
Ангелина тяжело посмотрела на меня, вздохнула и проронила:
— Все, кроме легкомысленного поведения в серьёзный момент.
— Блин, государство отметает мой главный козырь.