- А что может связывать художника, лимузин и Ярослава Толкунова? Или вопрос риторический, так надо думать?"
"Эдуард улыбнулся и посмотрел на него.
- А что может связывать Ярослава Толкунова, молодёжный клуб и такого красивого юношу, как ты?
Андрей промолчал. Выдавать свои эмоции не хотелось, но комплимент был ему приятен – оказывается, он успел порядком отвыкнуть даже от такой скупой похвалы. Только заметив, что пауза затягивается, он произнёс:
- Я друг подруги его жены. Как видите, очень дальняя связь.
Эдуард понимающе кивнул, но внимательного взгляда от него не отвёл.
- Вы так смотрите… - не выдержал Андрей.
- Я любуюсь, - ответил Эдуард тут же, как будто ждал этого вопроса.
Андрей невольно улыбнулся.
- Вы же любуетесь не просто так… Эдуард, нам надо поговорить…
- Тш! Андрей, клянусь, я не причиню вам вреда. Просто дайте мне шанс загладить вину.
- Это предложение звучит слишком соблазнительно, чтобы я мог в него поверить.
- Вы так недоверчивы?
- Есть причины. Да и в вашем рассказе клеится не всё.
Ответить Эдуард не успел – лимузин остановился, и он толкнул дверь, предлагая Андрею выйти. Тот выскользнул наружу и остановился, полной грудью вдыхая прохладный речной воздух. Они оказались у какой-то гавани, битком набитой кораблями, и догадаться, куда приглашает его Эдуард, было нетрудно.
- Какая ваша? – спросил Андрей, кивая на стройные ряды прогулочных яхт.
- “Персефона”, - произнёс Эдуард и с улыбкой кивнул на корпус ближайшего корабля. – Красавица, да?
Андрей повёл плечами.
- Я не очень разбираюсь. Но, наверное, да.
Эдуард помрачнел, но ненадолго. Он приобнял Андрея за плечо и подтолкнул к пристани. Когда они приблизились к яхте, Эдуард постучал по борту, подавая знак тем, кто находился внутри, и через пару секунд на палубе появился матрос, а затем отделявшее яхту от берега пространство пересёк трап.
Андрея снова одолевали сомнения.
- Вы хотите кому-то позвонить? – спросил Эдуард.
Андрей закусил губу. Он хотел, очень хотел. Ему приключений хватило уже на всю жизнь и в художников на лимузинах, помыслы которых были чисты как хрусталь, он не верил.
- Да? – тут же раздался в трубке напряжённый голос.
- Привет. Просто хотел сказать, что со мной всё хорошо.
- Что? Андрей, я с Мирой…
- Ночевать не приду.