Но это полный пиздец тебя прикрывать. Да и сам хорош… Хоть бы зашёл на поклон.
Яр последние слова пропустил мимо ушей.
- Люк?.. – растерянно спросил он."
"Лысый не ответил ничего. Отвернулся и двинулся обратно к своей шконке.
- Ты когда начнёшь думать головой? – бросил он через плечо.
Теперь уже не ответил Яр.
- И что мне теперь делать с тобой?
Яр снова промолчал.
- Ты хоть знаешь, что тебя проплатил Журавлёв?
- Да.
Лысый покачал головой.
- Дерьмо, - вздохнул и добавил. – Ладно. Ты человек взрослый, должен понимать.
- Да.
- Если бы мама не попросил, я бы ничего не смог сделать ни для Лесного, ни для тебя. Но мама хорошую отмазу тебе подвёл.
Яр кивнул головой.
- Будешь сидеть тише воды, ниже травы – не буду трогать тебя. Может, разок избить прикажу - и всё.
Яр поджал губы и кивнул.
- Но если ещё раз… - Лысый наклонился, подставляя под тусклый свет лампы искажённое злостью лицо. – Швабрить будешь все десять лет. Дошло?
Яр последний раз кивнул головой.
- Всё. Пошёл.
Какое-то время к Яру никто не подходил. За окнами медленно расцветал май, и хотя сквозь заслоны бараков и ряды колючей проволоки видно не было почти что ничего, Яр всё же чувствовал, глядя на узкую полоску травы вдалеке, как сердца касается живительный солнечный свет.
В его углу в бараке было темно, и читать он выходил в основном во двор. Но времени вообще стало меньше – с первых чисел мая его запрягли работать на производстве. Время стало двигаться немного быстрей, но от вечной темноты барака, от мрачных, убегающих в сторону, едва они касались его, взглядов мужиков и от ощущения полнейшей безысходности, от понимания того, что впереди ещё десять лет, с новой силой накатывала тоска.
О Журавлёве-старшем Яр почти не думал – только перед сном иногда представлял, как уничтожит его.
С младшим было сложней.
Он снился по ночам. В основном то лето, когда всё пошло под откос.
И ещё без конца вставали в мозгу слова Хрюни: «Ты уверен?»
Головой Яр понимал, что это был намеренный укол, чего бы там Хрюня от него ни хотел.
Посылки продолжали приходить – пару раз за неделю не приходило ни одной, но тогда в следующий раз приходило сразу две. Но этого было мало. Яр хотел поговорить.
В бараке был один на всех общий телефон, но к нему не подпускали петухов, так что Яру оставалось на аппарат только смотреть.