Почему такие места всегда стараются оформить в максимально угнетающем стиле? Так чтобы даже охрана ёжилась и охреневала? Куда логичнее было бы сделать идеальный светлый ремонт во всём здании, кроме камер. Приводишь ты человека на допрос, а он неосознанно расслабляется, потому что почувствовал себя в комфорте. К тому же выбраться на волю им тоже будет хотеться куда сильнее, если станут каждый день видеть кусочек красоты. Тоже дополнительная мотивация признаться во всех своих тайнах и попросить пощады.
Настолько стараюсь занять себя посторонними мыслями, чтобы отвлечься от ""эмоциональной тишины"" вокруг, что едва не врезаюсь в переднего сопровождающего, когда тот резко останавливается около одной из дверей.
Шагнув через порог, сталкиваюсь взглядом с уже знакомым офицером.
Остановка спартанская. Стол, два стула, один компьютер и металлический сейф в углу. Плюс многочисленные папки с документами, некоторым из которых не хватило места на столе, и потому их уложили на пол.
— Знаешь, почему ты здесь, Теодор?
Вопрос задаёт максимально ровно, но в голосе чувствуется напряжение. А ещё майор сегодня тоже прикрыт от считывания эмоций. Они что, все из-за меня артефакты напялили? Решили, что к ним в руки угодил кто-то настолько сильный, что способен вынудить охрану саму разнести тюрьму по камешкам?
Медленно качаю головой.
— Нет, господин майор. Сбили с ног перед университетом, заковали, ничего не объяснили и привезли сюда.
Девдан слегка морщится.
— Да, взяли тебя не так, как положено. Но вопрос же был не в этом.
Натянув маску испуганного толстяка, который держится из последних сил, пожимаю плечами.