Но, предположим, армия направится к востоку, а портал окажется на западе? Если вообще его разыщут… Правда, у Маевского были сутки, чтобы обследовать пещеру самым детальным образом, а за сутки сделать можно многое… Подумав об этом, Ивар ответил уклончиво:
– Я повторю то, что скажут духи.
– Если твои слова не понравятся повелителю, ты точно окажешься в котле, – предупредил Сувига, но Тревельян презрительно выпятил губу:
– Не тревожься, старая шкура. Котел мне еще не приготовлен, даже ветви для костра не собрали.
Поднявшись, он покинул шатер и взгромоздился на спину скакуна. Белый ослепительный Ракшас висел над восточным горизонтом, алый диск Асура больше чем наполовину вылез из-за края земли. Прошло часа четыре с окончания сеанса связи; вероятно, группа Маевского уже трудится в подземелье, а Юэн Чин летит над пустынями Раху… Ивар прислушался к колокольцам, но они звякали невпопад, подчиняясь рваной рыси трафора. Никаких сообщений пока не приходило.
Скакун Сувиги поравнялся с ним.
– У моих людей нет воды, – сказал Тревельян, покосившись на Сувигу. – Пищи тоже нет.
– Зачем скакуну третий рог? [35] – послышалось в ответ.
– У нас плохие шатры. В них больше дыр, чем шкур.
– Песок вам не повредит.
На Пекле всюду было жарко, и шатры, палатки и другие убежища служили защитой не от холода, а от пыли и песчаных бурь. Но приличный шатер являлся делом престижа.
– Я – ппаа Белых Плащей. Великий ппаа! – напомнил Тревельян.
Сувига ухмыльнулся, разинув огромную пасть.
– Пусть Белые Плащи подарят тебе шатер, раз ты их ппаа. А велик ты или мал, я скоро увижу. Совладаешь ли ты с тем демоном? Или попадешь в котел?
– Одарив меня, Белые Плащи оскорбят щедрость владыки и навлекут его гнев. Я не желаю зла своему Очагу и не приму от них даже потертой шкуры, – молвил Тревельян. – А демон… Трудно ли справиться с демоном! Каждый великий ппаа может такое. Но тебе, Сувига, это не удалось.
Лицо колдуна потемнело.