– Чего ты хочешь этим сказать, пьянь? – Ого, да тут сейчас драка начнется.
– Господа, прекратите ругаться, сейчас не время и не место, – попытался встрять я, но мое сильное заикание эсэсовцев только подзадорило.
– Ты бы лучше молчал, заика, – буркнул вредный эсэсовец.
– По крайней мере, этот заика был на Восточном фронте и знает, что собой представляют иваны, – вставил Фридрих.
– Ага, теперь греется здесь, обосрался там, аж заикаться начал, какой он доблестный воин.
– Если бы вы имели хоть малейшее представление о фронте, вы бы так не говорили.
– Куда? – откровенно потешался надо мной фриц. – На дуэль? Они запрещены. Да и что ты мне сделаешь?
– Например, – сделав вид, что задумался, я подбирал слова, – могу вбить ваши слова вам же в глотку – достаточно?
– Что? – взревел фриц и мгновенно стартовал. Я до этого просто сидел на кровати. Немец, видимо, хотел просто сграбастать меня в охапку и швырнуть, по крайней мере, руки он протянул ко мне, но я откинулся на спину и просто оттолкнул его от себя.
– Ты что сделал? – воскликнул еще один эсэсовец, стоявший тут же.
А что я сделал? Да ни хрена, отмахнулся от агрессии, а то, что фриц так неловко наткнется на железную полку, висевшую на стене, я ж не знал… Короче, в комнате появился свежий труп, а свидетелей аж пятеро.
– Он защищался! – встал Фридрих.
– Теперь уже все равно, – махнул рукой еще один солдат. – Все одно трибунал.
– Он офицер вермахта! – вновь заговорил Вайзен.
– Да без разницы, Фриди, – качнул головой я. – Все твои товарищи, – я указал рукой на эсэсовцев, – в один голос заявят, что я первый начал, ведь так? – я взглянул на солдат.
– Конечно! – кивнули почти все.
– Вот и я о том же, – встав, я подошел к двери, мне никто не препятствовал.
– Никто не выйдет из этой комнаты, пока не убьет меня, – просто сказал я и тут же нанес два резких удара. Один вправо, а второй влево, тем самым положив сразу двоих эсэсовцев. Ну и все, осталось двое, думаю, Фридрих не полезет.
Да и остальные не полезли.