Просто подсказал, что еду нужно добывать у немцев, пока был «интендантом», видел карты и знал расположение складов, все это и передал партизанам, пусть пошумят, заодно и жратвы добудут.
Отряд отвезли на базу, а мне Левитин дал своего шофера, и тот повез меня прямо к жене. Нарушили порядок, конечно, но отчет я еще в лагере партизан написал, здесь, на аэродроме, только добавил прямо на коленке о том, как прошел полет. Было раннее утро, мы летели всю ночь, вот и стою сейчас под дверью квартиры, где жила временно Валюшка.
– Господи! – зажав рот ладошкой, Валентина уронила сумку с брякнувшим об пол бидончиком.
– Да нет, всего лишь я, – скромно заметил я и протянул руки.
– Вернулся наконец-то! – Валентина бросилась мне на шею, повизгивая, чем вызвала интерес как хозяев квартиры, в которой жила, так и соседней.
– Вернулся, вернулся, – успокаивая, гладил по волосам жену, – как вы тут без меня?
– Да чего ж ты мужа на улице держишь? – раздался голос хозяйки квартиры. – Заходите скорее!
Мы вошли внутрь, а хозяйка, ей оказалась довольно молодая женщина, лет тридцати, подхватила сумку и сказала, что сходит за молоком сама. Мы не могли оторваться друг от друга, а хозяйка тактично удалилась.
– Голодный? – спросила Валюшка, как только я отлепился от ее губ.
– Есть немного, ты что же о ребенке не говоришь? – спросил я о волнующем меня вопросе.
– Спит еще, не буди, полночи не могли успокоить. Господи, Тамара просто удивительного терпения человек. Я бы, наверное, так не смогла.
– Это ты о хозяйке?
– Конечно, представляешь, каково ей приходится? Хорошо, что работает она не с утра, точнее, не каждый день с утра, а то бы вообще не высыпалась.
– Мне обещали решить вопрос с жильем, сегодня же спрошу, как там и что.
– Пошли, накормлю. Вчера Максим Юрьевич забегал, кусок мяса притащил, я борщ сварила.
– Это он специально, молодец, надо спасибо сказать.
– Почему специально?
– Так он же нас ждал, я на связь вышел два дня назад…
– Вот ведь, даже не намекнул, что тебя нужно встретить!
– Опасался удачу спугнуть…
– Как прошло? Все выполнили?
– Вообще отлично, главное, вернулись все.
– Это точно.