— Вот даже как?
— Увы, Алексей Николаевич, именно таковы инструкции, полученные из Петербурга. Кстати, я с ними согласен. Так будет умнее.
Лыков понял Насникова:
— В том смысле, что вам будет легче наблюдать за уже вскрытой резидентурой?
— Да. Вот, специально взял для примера свежее отношение корпуса жандармов. Секретное, но иначе мне вас не убедить.
Поручик извлек из кармана бумагу и протянул статскому советнику. Тот развернул ее и прочитал:
— «В Россию и Халху[95] командированы Китайским правительством с целью шпионажа состоящие сотрудниками при Таонаньфуском[96] штабе: Ли-Юй, военный чиновник, Ма-и-Шень, отставной офицер, Коу-Синь-Цзай, поручик, Ты-Шэнь-Цзань, военный чиновник, Кон-Ма-Син, гражданский чиновник.
— Обязательно, — уверенно ответил поручик. — И мы их сразу обнаружим. А то бегай за шпионами, ищи их… Нет, тут начальство право.
Он сделал паузу и продолжил:
— Тунитай действительно способствовал тому, чтобы наши державы договорились. Мне подтвердили в штабе округа. Понимаете, насколько важная новость? Войны между Россией и Китаем не будет! За одно это резиденту можно все простить.
— Россию тоже, — мрачно перебил офицера Лыков.
— Согласен. Однако Китай уже в судорогах, и до излечения далеко. Но мы обречены с ним соседствовать. И значит, умнее дружить, чем воевать. В будущем он станет великой державой…
Сыщики скептически хмыкнули. Поручик поднял бровь:
— Не верите? Посмотрим, как дальше пойдет. Не завтра, так послезавтра, пускай через сто лет, но Китай будет в ряду влиятельнейших держав. И люди, подобные Тунитаю, весьма полезны.
— Черт с ним, с вашим резидентом. Но вычеркнуть из рапорта Лединга? Он мешал дознанию. Сообщал о нем Тунитаю, помогал ему прятать банду Погибельцева, приказал застрелить Кувалду. Вероятно, он же подсказал Чуме, как подстеречь меня. Что, спустить Генрих Иванычу и это? Прямая измена, не находите, господин поручик?
— Господин статский советник, а вы сумеете доказать все вышесказанное в суде? Разумеется, нет.