Наконец Бейлиш натянул поводья перед ветхим – в три этажа – деревянным домом, окна которого светились лампами в зарождавшихся сумерках. Звуки музыки и смех плыли над водой. Возле двери на тяжелой цепи висела причудливая масляная лампа с округлым свинцовым красным стеклом.
Нед Старк спешился в ярости.
– Это бордель! – рявкнул он, хватая Мизинца за плечо и разворачивая к себе. – Ты приволок меня в такую даль, чтобы показать мне бордель?!
– Здесь вы увидите свою жену, – отвечал Мизинец.
Большего оскорбления ожидать было нечего.
– Брандон был слишком добр к тебе! – выпалил Нед, толкнув невысокого спутника спиной на стену и выхватывая кинжал.
– Стойте, милорд, стойте, – послышался озабоченный голос. – Он говорит правду. – Сзади послышались шаги. Нед обернулся с кинжалом в руке и увидел спешившего к ним беловолосого старца. Домотканый наряд и рыхлая кожа на подбородке тряслись.
– Не твое дело, – начал Нед и вдруг, узнав старика, с удивлением опустил кинжал. – Сир Родрик?
Родрик Кассель кивнул:
– Ваша леди ждет наверху.
Нед был в недоумении.
– Кейтилин действительно там? Еще один фокус Мизинца? – Он спрятал клинок.
– Если бы так, Старк, – отвечал Мизинец. – Следуйте за мной, но постарайтесь не шествовать, как подобает королевской деснице… изобразите развратника. Негоже, если вас узнают. А лучше всего потискайте по пути пару девиц.
Они вошли внутрь людной комнаты, где жирная бабенка распевала непристойные песни, а молодые девицы посимпатичнее – в льняных или шелковых рубашках – жались к своим любовникам или сидели у них на коленях.
Кейтилин ждала его. Увидев Неда, она разрыдалась, бросилась к мужу и с пылом обняла его.
– Миледи, – прошептал изумленный Нед.
– Отлично, – проговорил Мизинец, прикрывая дверь за спиной. – Значит, вы узнали ее.
– Я боялась, что ты не придешь, милорд, – прошептала она, припав к его груди. – Петир приносил мне сообщения.
– Обе в трауре и полны гнева, – ответил он. – Кет, я не понимаю, что ты делаешь в Королевской Гавани? Что случилось? – спросил Нед у жены. – Ты из-за Брана? Он… – Слово «умер» просто не могло сойти с его губ.
– Из-за Брана, но совсем по другому делу.
Нед растерялся.
– Тогда зачем ты здесь, любовь моя? И что это за дом?
– Вы видели его, – отвечал Мизинец, садясь возле окна. – Это бордель.