Назад в СССР 9

Это была… девятка пик.

— Интересненькое дельце, — пыхтел Горохов. — Тут девятка, там десятка. И масть одна. Что все это значит?

— Зуб даю, — сказал я, — что на третьем месте преступления мы найдем валета пикового.

— Почему?

— Карты разложены по возрастанию достоинства. Не случайно, что сначала девять, а потом десять. Значит, следующим должен быть валет.

— Логично, — одобрительно закивал Горохов. — Вот только, может, они давно тут лежат? Со времен царя Гороха. Вон сколько тут всякой шелухи. И почему отсчет начинается с девятки? А не с шестерки, например.

— Не знаю, почему с девятки. Но карты тут лежат не так давно. Сами же говорили, что дождя нет две недели. Карты сухие, не размокшие, значит, появились тут относительно недавно. Например, в день убийства."

"— Ага… — Горохов достал из папки бланк протокола осмотра места происшествия. — Изымем их официально, дополнительным осмотром. Андрей Григорьевич, организуй понятых. Алексей, сфотографируй объект как положено. И пальчики на них проверь.

— Да какие пальчики на замызганной бумаге? — пожал плечами криминалист.

 — Не будет там ничего, сто процентов. Я, конечно, проверю, но это только в кино пальчики везде остаются. А для потожировых следов поверхность нужна гладкая, чистая, почти глянцевая, сами же знаете.

— Знаю, но все равно проверь, на всякий случай.

— Тогда лучше в лабораторных условиях, — кивнул Катков. — Раствором нингидрина обработаю. Дактилоскопический порошок бумагу не возьмет.

Закончив оформлять изъятие, мы тут же выдвинулись на третье место преступления.

На нашу беду днем это оказалась оживленная улица. Сновали машины, пешеходы. Посреди проспекта — скверик с жестяным гербом СССР. Под ним жестяные же буквы: «СССР — оплот мира».

— Так… Труп обнаружили возле этого памятника, — Горохов разочарованно обвел окрестности взглядом. — Твою дивизию! Если карта и валялась где-то, то дворники наверняка все подчистили. Тут ни соринки, ни пылинки, будто не рядовой сквер, а площадь перед исполкомом. Не думал, что когда-нибудь расстроюсь из-за чистоты и порядка.

— Нужно искать не на земле, — уверенно заявил я.

— Это почему?

— Убийца неспроста оставляет карты, он что-то хочет нам этим сказать. Это знаки. Значит, он должен быть уверен, что карта попадет нам в руки. В подворотне он швырнул ее на землю, потому что там дворниками и не пахнет. В переулке, где могут ее смести, уже прицепил на дерево, а здесь…

— Здесь только кусты, — Горохов уже ломился через заросли бузины. — Реденькие.