Только на фронте никто не спрашивает нашего мнения. Чистяков меня просто попросил, а мог позвонить Ефимцеву, и тот отдал бы нам приказ. Солдаты воюют, а снайперам просто так отсиживаться не дадут. Вскоре в очередной раз мы в этом убедились.
Глава 4.
ГИБНУТ ТОВАРИЩИ
Вскоре нам с Ангарой и его напарником поручили прикрывать вылазку полковых разведчиков. Я хотел взять Малышко, но Ангара отмахнулся.
— Не надо, втроем обойдемся.
Ночью итальянцы ставили посты на берегу, возле самой воды, чтобы вовремя заметить попытку захвата плацдарма, ну и, конечно, не дать возможности нашей разведке взять языка.
Ночь выдалась очень темная, дул ветер. Легкая лодка с четырьмя разведчиками могла бы достичь правого берега. Итальянцы пускали осветительные ракеты, но расстояние между постами оказалось довольно большое. Да и вообще в охране их позиций я не наблюдал такой пунктуальности, как у немцев.
Возможно, «язык» очень требовался.
Лодка с четырьмя разведчиками благополучно достигла середины реки, и здесь ее понесло течением. За веслами сидели опытные ребята, выгребали хорошо и бесшумно. Взлетела ракета, и мы отчетливо разглядели нашу лодку.
Сразу замолотил дежурный пулемет. Потом второй, третий. Захлопали винтовочные выстрелы. Я ловил пулеметные вспышки и посылал в них пулю за пулей. Разведчиков, отчаянно выгребающих назад, поддержали и наши пулеметы. Ракеты взлетали одна за другой, в том числе «люстры». Издырявленную лодку несло вверх дном. За нее держался разведчик, еще один плыл большими нырками к левому берегу. Я выпустил все пять магазинов, имевшихся в наличии, выгреб из коробки горсть патронов, чтобы заново набить пустой магазин, но стрельба переместилась в нашу сторону.
— Брось! — крикнул Ангара. — Помоги лучше человека отнести.
Тяжело ранили напарника старшего сержанта. Я тащил сразу три винтовки, Ангара взвалил на плечи напарника, имя которого я не запомнил. Он умер, когда его перевязывал санинструктор.
Из разведгруппы сумел выплыть один человек, тот, который ушел от пуль нырками.