- Ха! Думаешь самая хитрая? Думаешь, не знаю, что ты сожрешь мои мозги, если я зайду?
- Какие мозги, болезный? Откуда они у тебя, если ты голос своей госпожи не узнаешь?
- Ты не моя госпожа, нежить мерзкая! Она никогда так не говорила! Всегда тихая и добрая, не то, что ты!
Кхм… прокололась, что не удивительно, потому что в голове у меня нет ни капли информации об этом мире и девушке, доставшейся мне в наследство. А надо как-то выкручиваться.
- Ребяты, не хочет нежить по-доброму! – орет кому-то мужик за дверью.
- А деньги откуда? Их услуги дорого стоят, - отвечает ему кто-то.
- А вот отдадим тело госпожи ему в услужение, так и расплатимся!
Ты смотри, бизнес уже устроили на моих вполне себе живых костях. Уволю идиота, если когда-нибудь выйду отсюда.
За дверью слышится шум, судя по всему, к двери что-то придвинули, чтобы я не сбежала. И тишина.
- Эй, мужик? – зову. В ответ – тишина. Видимо, и правда, за некромантом побежали. Плохо дело. Надо бы и мне что-то придвинуть к двери, раз такое дело.
Осматриваю комнату. На глаза попадается только большое кресло. По виду – тяжелое. Пытаюсь его сдвинуть – не получается, не хватает сил. И тут слышу тихий шорох за дверью.
Затаиваюсь, прислушиваюсь. Снова шорох, а потом дверь открывается. Совсем немного. И в образовавшейся щели показываются два детских глаза. Один над другим.
- Ты видишь, где она? – спрашивает громким шепотом ребенок.
- Нет, - отвечает второй.
- Ты внимательнее смотри, говорят, нежить по потолку бегать может, - пугает тот, чем глаз сверху.
Тот, что внизу ахает и сразу смотрит на потолок.
- Все равно не вижу.
- Тогда давай зайдем, - говорит первый.
- А давай, - отвечает второй.
Я слушаю детский разговор, спрятавшись за гардеробом и слегка обалдеваю. Это куда же смотрят взрослые, что дети лезут к нежити и никто их не останавливает?
Тихий скрип и в спальню заходят два ребенка. Мальчик поменьше и девочка постарше. Интересно, если я сейчас медленно и плавно, вполне себе дружелюбной нежитью выйду из своего угла, они испугаются?
- Малыши, не бойтесь, это я, - говорю, старательно улыбаясь, наверное, дружелюбной улыбкой, и очень надеясь, что они не закричат.
- Дарьяна? – вскрикивает мальчишка и тут же кидается ко мне в объятия, крепко врезав мне лбом в живот.
- Ох, - выдыхаю и тоже обнимаю ребенка. Помнится, та дама из белой комнаты говорила, что мне придется заниматься воспитанием очень одаренного ребенка.