Зачем нам с Дарьей столько еды?
– А Дашин любимый салат? – шепотом спросила тетя Маша. – С морепродуктами.
Я оглянулась и громко заявила:
– Ничего не хочу.
– Дарья, перестань устраивать трагедию, – строго произнесла мама. – Ничего страшного не случилось. У отца – работа, билет он купить не смог. К тому же, ты видела, какой снегопад? Не факт, что его рейс бы не отменили.
– Он даже не старался купить билет на сегодняшнее число! – рассерженно возразила я. – Вот в чем дело! Какой к черту снегопад?
Мама и тетя Маша переглянулись.
– Тянул до последнего дня, – продолжила ворчать я.
– Значит, у него были на то веские причины, – жестко ответила мама. – Не лезь в дела взрослых людей.
– Ох, ну простите!
Мать махнула рукой и вышла из столовой. Мария Архиповна спросила:
– Дарь, хотя бы мясные рулетики? Я готовые принесла.
Я замотала головой.
– Тогда Филиппу предложу. Сегодня к нам должна заглянуть его девушка.
– Девушка? – оживилась я.
– Да! Виолетта, твоя одноклассница. Ты мне про нее рассказывала…
Да уж, конечно.
Тетя Маша включила плазму. Показывали «Ирония судьбы, или С легким паром!».
«У меня такое ощущение, что за эту ночь мы прожили целую жизнь…» – донеслось до меня.
Я только поморщилась. Любимый новогодний фильм не приносил никакой радости.
В пижаме слонялась целый день по квартире. Не так я представляла себе долгожданное «тридцать первое декабря».
Мария Архиповна, приготовив нам парочку блюд, засобиралась домой. Мы с мамой погасили в большой комнате свет, зажгли свечи и уселись перед телевизором.
– Елку-то мы с тобой, Дарья, так и не приобрели, – проговорила родительница, глядя на экран: на одном из каналов звезды российской эстрады с неестественными белоснежными улыбками размахивали горящими бенгальскими огнями.
– На других надейся… – вздохнула я. – Еще салатика?
– Пожалуй!
Салатницы стояли прямо на полу, около дивана. Мы даже не позаботились о праздничном столе.
– А знаешь, Даша, ведь как Новый год встретишь… – начала мать, принимая из моих рук тарелку с оливье.
– Ты имеешь в виду без папы?
Она вздрогнула.
– Что? Нет! Вот так, в пижамах, непричесанные, без макияжа…
– Это не самое страшное, – хмыкнула я, продолжая думать об отце.
Мысль о том, что наша семья уже никогда не будет прежней, привела меня в ужас. «Просто не успел купить билет.