Сейчас здесь повсюду расставлены его люди: Смолл, Мэпл, Хвост и остальные… Если я дам им знак, они тут же появятся. Так что ведите себя гостеприимно.
– Что вам от меня нужно? – проскрипел мистер Финлоу.
– Сведения. Мы кое-что пытаемся узнать и надеялись, что вы нам поможете.
– Какие еще у меня могут быть сведения? И чтоб вы знали, я своих клиентов не выдаю."
"– Так вы же вроде как не шмуглер, – поддел его Джаспер, но понял, что мистер Финлоу уже достаточно подкоптился, и лучше огонь не раздувать, а то как бы этот тип не выкипел.
– Тогда что?
– «Гриндиллоу», – сказал Джаспер, и лицо шмуглера застыло.
– Чего?
– Вы все поняли.
Мистер Финлоу взял себя в руки, стряхнул пепел с папиретки на пол и уселся на стул у печки. В вагончике поселилась тишина, если не считать потрескивания какого-то мусора, горящего в топке, и стука дождя по крыше.
– Что вам нужно?
Удостоверившись, что, кажется, блеф сработал и мистер Финлоу поверил, будто на берегу сейчас и правда ожидают крысоловы, Джаспер наконец перешел к делу:
– Сейчас в городе кое-что происходит.
– «Чайноботтам» давно нет.
– Мы знаем. После того, как вы пришли к господину Боттаму и он из-за этого умер, банк прибрал «Чайноботтам» к рукам.
Мистер Финлоу возмущенно глянул на него.
– Я не приходил к Боттаму! Я его вообще никогда не видел!
– То есть вы хотите сказать, что он умер от сердечного приступа, а то, что ваше имя – единственное из всех, которое не вычеркнули из его книги учета служащих, – просто совпадение?
– Какой еще книги учета?
Джаспер достал из кармана страничку и протянул ее шмуглеру.
– Это не мое имя.
– Как это не ваше?
– Здесь написано: «Джоран Данвир Финлоу». Меня зовут Уолтер.
Джаспер и Винки переглянулись. Такого они точно не ожидали.
– Но… это… как же?.. Вы ведь знаете, что такое «Гриндиллоу»! Я это понял!
– Верно. Знаю. Но вам нужен не я. Мой брат Джоран служил матросом на этом корыте.
– Ваш… брат?
Уолтер Финлоу неожиданно расхохотался.
– Не знаешь, что такое «брат»? Это другой мальчишка, который вылез из той же мадамки, что и ты сам.
Джаспер поморщился – он предпочитал не задумываться, откуда вылезают мальчишки.