«Эх, сюда бы отряд констеблей, – подумал Бёрджес. – Мы бы живо разогнали всю эту шушеру…»
– Эй, крысы морские! – крикнул он, и все повернули к нему головы. – Вам ведь я нужен?!
– Взять его! – велел боцман. – Тащите его ко мне, парни!
Пятеро матросов сорвались с места и припустили к Бёрджесу и Пиммерсби. Прочие остались разбираться с рыбаками.
И вот тут началась настоящая драка.
На ловца удильщиков напали двое, Бёрджес схватился с тремя.
Первый матрос бросился вперед с ножом, но Бёрджес увернулся и нанес удар дубинкой по его запястью.
И все же пусть за плечами этих матросов была не одна пьяная драка, но что они могли противопоставить опыту и ярости городского констебля. Ткнув дубинкой одного в живот, Бёрджес схватил его за бушлат и швырнул в другого.
"Бёрджес уже повернулся было к третьему, но тут кулак врезался ему в челюсть. В голове зазвенело, рот наполнился кровью, и все же самообладания он не потерял. Пнув матроса ногой, отчего тот отлетел на пару шагов, Бёрджес замахнулся дубинкой, и… Кто-то перехватил его руку. Чьи-то пальцы вцепились в волосы. В самое ухо прохрипели:
– Додергался, саквояжник…
Бёрджес резко ткнул головой назад и попал во что-то мягкое.
Ударив его дубинкой под колено, отчего тот согнулся, Бёрджес приложил его по голове и повернулся к Пиммерсби.
Дела у ловца удильщиков были плохи. Он лежал на земле и полз, прикрывая голову руками, а матрос бил его дубинкой, опуская ее раз за разом.
Бёрджес бросился на помощь к Пиммерсби.
Протянув руку ловцу удильщиков, Бёрджес помог ему подняться.
– Все напрасно, чужак, – раздался за спиной насмешливый голос. – Ты наш.
Бёрджес повернул голову и заскрипел зубами. С пятеркой матросов он справился, но к ним с Пиммерсби медленно подступали остальные – еще семеро и боцман Бджиллинг, поигрывая ножами, крюками и дубинками.