Может быть, для него сорок восемь сирот с суперспособностями и казались небольшим количеством, то мне наоборот стало жутко.
— Конечно, — ответил он. — Дети должны расти в семье. Я готов помочь познавать свой дар каждому, но ради этого отобрать ребенка у семьи неправильно. Здесь собраны именно те дети, которым негде жить, или же которые жили в других детских домах с куда худшими условиями.
Я не нашлась, что ответить. Я просто стояла и заворожено смотрела через ворота на этот замок.
И только потом сообразила, что прекрасный двор совершенно пуст, клумбы, цветочки, скамеечки… А где же сами дети?
— Сейчас время занятий, — пояснил Владимир Петрович на мой невысказанный вопрос.
— Они учатся магии в кабинетах? — удивилась я.
— Вот еще, выдумала, — фыркнул он. — Этому они учатся в свободное от основных предметов время.
— Основных? — снова переспросила я, чувствуя себя очень глупой.
— Ну, алгебра, геометрия, химия… Изольда, ты, что, в школе не училась?
Я удивилась еще больше, выходит, он еще и собрал здесь учителей этих предметов.
Сзади раздался голос Степана:
— Звонок через две минуты.
Я резко обернулась, так как не услышала его приближения. Он стоял перед машиной, а возле его ног расположились два огромных мешка из синей шелковой ткани в золотых звездах.
— Что это? — не поняла я.
— Что-что! — передразнил меня Золотаревский, хорошее настроение возвращалось ему на глазах. — Подарки, конечно! Неужели ты думаешь, я могу заявиться в Ясли к детям без подарков? К сожалению, я не так часто тут бываю, а потому хотелось бы приносить детям радость хотя бы в свои редкие приезды.
— Понятно, — протянула я, хотя мне еще совсем ничего не было понятно, Золотаревский поражал меня все больше и больше, а о размере его состояния я уже просто перестала гадать, очевидно, оно было гораздо больше, чем я думала сначала и даже больше, чем я могла представить.
Все пространство заполнил звон, и даже когда он смолк, мне все еще казалось, что у меня в ушах звенит.
— Пора, — кивнул Степану Золотаревский, и тот открыл пред нами ворота.
Я опасливо посторонилась, когда водитель протаскивал тяжелые мешки с подарками через ворота. Владимир Петрович зашел следом.
В этот момент двустворчатые двери здания распахнулись, и оттуда посыпались дети. Вот именно, что не выбежали, а посыпались! Они бежали нам навстречу со всех ног, не разбирая дороги, кто-то что-то кричал, размахивал руками. И это называется мало воспитанников? Не хотелось бы мне попасться им на пути.