Господи, на кого она сейчас похожа? На мокрую курицу, которую вот-вот начнут ощипывать!
— Скажите, Виктория… я ведь могу вас называть по-прежнему Викторией? Какой у вас чин в разведке?
— У меня давно не было связи, — сказала она и ужаснулась своему хриплому голосу, — можно подсчитать по выслуге лет, если вас это интересует.
— А каким было ваше задание?
— Внедриться в структуры наиболее влиятельного клана.
— А дальше?
— Пока это все. Дальнейшие инструкции должны были поступать по мере выполнения первой части…
— Фу, как некрасиво лгать! — поморщился ван Хорн.
Уэйнстейн вновь надел ей на голову шлем и отступил к ментоскопу.
— Знаете, о чем я попросил бы вас подумать, — наклонясь к ее лицу, вкрадчиво спросил ван Хорн, — о некоем Агламбе Керроре, — он посмотрел ей в глаза, словно желая там найти интересующую его информацию, — зачем разведке такой захолустной планеты, как Фионимар, понадобился этот убийца? А главное, подумайте, как можно до него добраться.
"И вновь она цеплялась за ускользающее сознание, отчаянно сопротивляясь наплывающим из памяти образам, и вновь ее накрыло с головой беспамятство, и опять она воочию видела недавнее прошлое. Хотя и не все… нет, не все! Кое-что ей все-таки удалось спрятать…
Глава 14
Сквознячок начинается
Они прождали уже полтора часа сверх назначенного времени, когда Сандерс наконец не выдержал.
— Она назначила точное время встречи? — спросил он.
Полубой, против обыкновения наливаться пивом, сидевший над четвертой по счету чашкой кофе, отрицательно покачал головой.
— Нет, просто сказала: в это же время. Ждем еще полчаса для ровного счета.
Официант, поначалу крутившийся вокруг в ожидании серьезного заказа, потерял интерес к клиентам, наливающимся кофе. В кафе заходили случайные посетители выпить кружку пива, рюмку водки или бренди. Две дамочки в переливающихся по последней моде контурных плащах и шляпках с голографическими вставками, поедали огромный торт со взбитыми сливками, время от времени подстегивая аппетит рюмками коньяка.
Ночь прошла спокойно. Наутро Сандерс выбросил в мусоропоглотитель подпаленные брюки и оделся в полувоенную куртку, в которых в Нижнем городе щеголял каждый третий, и такие же штаны.