От смены холода-тепла его била мелкая противная дрожь. Стас снял телефонную трубку:
– Тихонов у аппарата. Дайте, пожалуйста, запрос на Ставицкого Константина Михайловича. Постарайтесь подготовить к завтрашнему утру.
Среда
1
Газетно-издательское объединение находилось в огромном сером доме с галереями, длинными балконами, круглыми окнами. Дом был похож на старый пассажирский корабль, во время наводнения случайно попавший на городскую улицу и застрявший здесь навсегда.
Тихонов знал, что редакция газеты помещается в левом крыле на четвертом этаже.
На бесчисленных дверях белели таблички с фамилиями. Почему-то рядом с туалетом висела черная стеклянная табличка: «Ходи тихо. Работают». У входа в комнату 414 было написано: «Беляков С. Н., Степичев Ю. М., Аксенова Т. С., Пушкина А. Н.». Тихонов коротко постучал.
– Войдите…
В комнате за одним из столов сидел парень лет тридцати в красивом дубленом полушубке.
– Мне нужен заведующий отделом Беляков.
Парень повернул к нему кудрявую светлую голову с худым хищным профилем:
– Беляков вышел. Будет через полчаса. Я Степичев. Могу быть полезен?
– Да, можете. Я Тихонов из МУРа.
– Садитесь сюда, это Танин стол. Подождите немного, я сейчас закончу свои дела и – к вашим услугам.
Танин стол был завален какими-то газетами, исписанными листами, гранками, вырезками из журналов, на шестидневке были расчеркнуты и загнуты листы.
Степичев разбирал на своем столе какие-то бумажки, быстро читал, некоторые складывал в верхний ящик стола, остальные рвал. На угол сложил стопку потертых блокнотов.
– Все. Можно ехать. – Он сел верхом на стул, достал пачку сигарет, протянул Тихонову.
– Спасибо, не курю. Далеко собираетесь?
– Талнах, Северный Таймыр. Гидростанцию и металлургический комбинат пускать будут. Там-то все в порядке, а вот у вас как – по-прежнему ничего?
– Ноль. На вас надеюсь – думаю, поможете.