Лизал и сосал, жадно втягивая и сжимая губами. От этого ее тело превратилось в сотни извергающихся вулканов. Каждый взрыв оргазма — извержение лавы.
Ее как будто избили. Голодные звери изорвали зубами и растянули в стороны истерзанное тело. Измученная и обессиленная.
Ненавидя саму себя, Аглая взмолилась:
— Не могу больше… Перестань…
— Нет. Еще.
Он слизывал влагу с ее плоти и жадно глотал.
Ей ужасно хотелось запустить пальцы в его волосы, растрепать их, спутать. Сжать ногами его бедра, обернуть вокруг талии.
— Стони… Ты же хочешь…
Его ладонь в собственническом жесте опустилась на ее живот. И по телу прошло еще несколько спазмов.
Аглая больше не могла кончать. Он выпил ее досуха, оставив беспомощной и слабой.
Вдруг резко выдернул пальцы из ее лона и вошел языком. Мышцы снова сжались, и Аглая крепко зажмурилась. Ее тело было одним сплошным оголенным нервом, через который пускали ток. Как же хорошо. Но в этом блаженстве рождалась почти нестерпимая боль.
Дамазы облизывал ее с голодной поспешностью и жаждой. Рычал и тяжело дышал. От прикосновений его языка Аглая все еще мелко дрожала. Кожу щекотали капельки испарины, а перед глазами все плыло.
Наконец Дамазы отстранился. Снова навис сверху, заглядывая в ее лицо. Его волосы растрепались, выбились из хвоста. Влажные от пота пряди падали на лоб и щеки. Аглая потянулась, чтобы убрать их, но лишь слабо дернулась, все еще накрепко связанная.
Вернулся позабытый стыд от безобразной позы.
— Развяжи меня.
Голос звучал слабо и жалко.
Он облизнулся, проведя языком по влажным губам. Улыбнулся, как хищник, загнавший наконец добычу в ловушку.
— Как прикажете, княжна.
Всего пара секунд, и она оказалась свободна. Опустила затекшие ноги вниз, невольно обхватывая его бедра.
Дамазы уже привычным движением наклонился и уткнулся носом в ее шею, во впадинку между ключицами, понюхал рану, оставленную его же зубами.
Его голос нежной лаской скользнул по коже.
— Ты такая вкусная… Мне понравилось пить из тебя…
От его слов ее снова охватил жар. Аглая уперлась ладонью в его плечо. Как он это делает?! Почему, только что пережив невероятный оргазм, она снова его хочет?
Может дело в том, что он был единственным мужчиной, сумевшим ее довести до предела наслаждения? От этой мысли стало неожиданно больно. Он вряд ли оценит.
— Тебе же лучше, если ты уже готова…
Аглая непонимающе взглянула на него.