«Какая жалость». Ветер разносит», – разносятся по ветру их голоса, их слова звенят у меня в ушах, как церковные колокола. Иногда я благодарен своему обостренному слуху. Но не сегодня.
Селина огибает груду красных кирпичей и подходит ближе ко мне. Она озирается по сторонам, ее зеленые глаза блестят, как драгоценные камни. Как изумруды, сияющие во мраке.
– Ты знаешь, кто мог это натворить? – шепчет она, взяв меня за руку.
– У меня есть… – Я замолкаю, когда шорох доносится из темноты за нами. Груда кирпичей осыпается за тянущимся в воздух дымом.
– Бастьян.
Я тут же расслабляюсь. Из-за почерневшей дымоходной трубы появляется Одетта, ее лицо бесстрастно. Она одета в темный мужской костюм, точно пришла с похорон. В руках у нее фетровая шляпа. На поясе на цепочке висят карманные золотые часы, которые когда-то принадлежали моему отцу. Должно быть, она успела спасти часы от огня для меня.
Я хватаю ее за руку и заключаю в объятия.
– Это сделало Братство? – спрашиваю я.
Одетта кивает, уткнувшись в мое плечо.
– Кто-нибудь пострадал? – спрашивает Селина.
Одетта отстраняется от меня, смахивая рукой в перчатке кровавые слезы со своих щек. Качает головой."
"– Никодима здесь не было. Он был в Нью-Йорке. А остальные, включая всех смертных, кто работал в ресторане, успели выбежать до того, как огонь поглотил здание. – Она слабо улыбается.
Во мне поднимается гнев, горячий и быстрый, а затем резко обращается льдом в моих венах. Я вспоминаю о пожаре, что отнял у меня мою сестру Эмили. Братству стоило дважды подумать, прежде чем совершать подобное.
– А Джей? – спрашиваю я осторожно.
– Мэделин освободила его из серебряной клетки. – Ее грустная улыбка становится шире, глаза сияют. – С тех пор мы его не видели, хотя подозреваю, что он до сих пор в городе.
– Зачем Братству совершать подобное? – спросила Селина, ее голос дрожал.
– Как Падшие, так и Братство искали причину для нападения на протяжении десятилетий, – говорю я. – Если бы не это, произошло бы что-нибудь другое. – Я иду вперед, распинывая кирпичи и наблюдая, как половина из них тут же рассыпаются в пыль.