– Это вам засорили мозги века фанатизма и предрассудков! Морои и дампиры такие же, как мы – только у них больше чести и порядочности!
Я не заметила, откуда прилетела пощечина. При всех своих недостатках отец никогда не поднимал на меня руку, но нанесенный им удар ясно дал понять, что подобные виды наказания не вызывали у него моральных терзаний. Мою голову шатнуло назад, и я прикусила язык.
– Ты не знаешь, на какие жертвы я иду ради тебя, – прошипел он. Глаза у него были ледяные. В стеклянном взгляде Кита и то было больше чувств.
Я улыбнулась, чувствуя привкус крови во рту.
– Ты уверен, папа? Потому что он сделал со мной все.
Взгляд отца метнулся к чему-то на сиденье за мной. Я вздрогнула, почувствовав укол в шею. Мир завертелся, в ушах зазвенело, и я сделалась легкой-легкой.
Глава двадцать третья
Адриан
Если бы Эдди вообще способен был пить, он наверняка присоединился бы ко мне в баре. Не стану говорить, что он не меньше моего был оглушен свалившимся на нас несчастьем, но, возможно, он занимал второе место в списке.
После того как он вечером все рассказал нам, мы немедленно предприняли шаги, которые напрашивались сами собой.
Маркус ждал нас у Джеки. В школу он соваться не решился – вдруг алхимики все еще там. Когда мы вошли в гостиную, он вскочил, охваченный волнением.
– Ну? – только и спросила она. Эдди покачал головой, я направился к Маркусу.
– Где Сидни? – вцепился я в него. – Куда они ее повезут?
– Не знаю, – ответил он, понурившись.
– Нет, знаешь! Ты в этом разбираешься. – Я еле удержался, чтобы не встряхнуть его. – Ты тут главный умник! Где она?!
Эдди взял меня за руку. Наверное, он боялся, что я действительно нападу на Маркуса.
– Успокойся, – сказал он.
Маркус побледнел.