А глубоко внутри, под ребрами, печет, точно кислота разъедает нутро.
Я хочу его.
Жажду.
До сих пор.
Каждой клеткой.
Сквозь боль.
Даже помня о том, как он разрывал на части мою плоть. Как вгрызался в самую глубь с омерзительным хлюпающим звуком. Как пировал на освежеванной жертве.
Ничто не убивает это безумное желание.
Ничто не отрезвляет.
Ему не нужно брать меня.
Он и так внутри.
Всегда.
Глава 23.2
Фон Вейганд появляется в палате на следующее утро.
— Хватит фильмов. Я не стану ничего смотреть, — заявляю твердо.
Он улыбается. Слабо. Едва заметно. А в моих ушах звучит его смех на кладбище. Тот жуткий хохот, от которого трясутся поджилки и стынут внутренности.
— В смысле? — запинаюсь. — Ты же не хочешь…
Ты хочешь.
И получаешь все.
Твоя власть безгранична.
— Нет, — медленно качаю головой. — Что — серьезно?
Фон Вейганд включает телевизор. Запускает новое кино. Отходит от экрана. Позволяет впиться голодным взглядом в первые кадры. Воистину исторический момент.
— Его же еще не сняли, — говорю медленно. — Ну, то есть не до конца отсняли все нужные сцены. Премьера назначена на апрель.
— Для тебя премьера сейчас, — произносит ровно.
— Это пиратская версия?
— Сама мне скажешь, — отвечает вкрадчиво. — Я не разбираюсь.
— Ты шутишь, — бормочу сдавленно. — Нет, ты издеваешься."
"Качество картинки круче некуда. Актеры настоящие. Правда, показывают то, что очень сильно отличается от моих ожиданий. Но черт, это же «Игра престолов».
Я открываю и закрываю глаза. Моргаю. Часто-часто. Пытаюсь развеять видение, пробую обнаружить хоть малейший подвох. Я отвергаю объективную реальность.
Ничего нового.
Все по стандарту.
Отлично.
А дальше?
Джордж Мартин отплясывает канкан. В костюме танцовщицы бразильского карнавала. Типа яркие перья повсюду, цветастый купальник, тело, натертое автозагаром, сияющие блестки, стриптизерские каблуки.
Стоп. Может, заставим его переписать некоторые главы? Воскресим кхала Дрого, закрутим сюжет вокруг по-настоящему стоящего персонажа.
Нет. Увы. Канкан выглядит реалистичнее. Хотя фон Вейганд обещал исполнить любой каприз. Интересно, как далеко я могу зайти в своей наглости?
— Приятного просмотра, — чеканит мой палач и направляется к двери.
— Уже уходишь? — вопрос вырывается автоматически.
— Я сделаю, как ты скажешь.
Замирает у выхода. Не оборачивается. Застывает точно статуя.