Справа от меня была калитка, закрывающая обледенелую лесенку в храм, спереди – голые деревья Грейнского сада и белое поле, присыпанное свежим снежком.
Я осторожно слезла с помоста и побежала влево, стремясь поскорее обогнуть холм. По этой дорожке Габ тащил меня, больно сжимая пальцы, а я жаловалась на эффект полного погружения… О да, погрузилась глубже некуда.
Сейчас в облезлом зимнем саду было темно и пусто. Чем дальше я шла, тем больше окрестности напоминали Утесово… Как если бы там, на землях Ворошиловых, вдруг началась зима.
Сердце трепыхнулось и примерзло к ребрам: что, если россоха ошиблась? И вернула меня домой?
Я торопливо обогнула Утес, опасаясь увидеть темную трехэтажную домину и свою «аудейку», задубевшую на подъездной дорожке в ожидании хозяйки. Затаила дыхание… И с облегчением простонала, издали завидев волшебные рыжие фонари, высокую изгородь, постовую башню и серебряные шпили Грейнхолла.
Россоха не ошиблась. И в то же время… она вывела меня домой. Дом там, где сердце, – так у нас говорят.
Застревая в рыхлых сугробах, я прорвалась через брешь в изгороди. Со сторожевой башни слетел предупреждающий магический залп, сверху что-то прокричали. Я подняла лицо и увидела Раина в меховой шапке. Помахала ему, сняла капюшон… и замначальника, грустно поприветствовав меня, жестом позволил пройти.
Дальше дорожка была расчищена, и бежать получилось быстрее. Считая в уме секунды, я пронеслась мимо конюшни, обогнула загон с драконицей, добралась до парадного крыльца… Дежурившие тут стражи – я помнила их лица – распахнули двери.
На первом этаже разбили лазарет. Снесли вниз всю мебель – кушетки, диваны, кровати – и уложили на них раненых. Всех, кого удалось протащить порталом с Вандарфского моста.
Я насчитала три десятка воинов – стонущих, окровавленных, в сознании и нет… Над ними хлопотали королевские лекари, придворные маги прямо тут заряжали артефакты и варили снадобья.
Я приметила вдалеке рыженькую Эльяну – прислужница смывала черную копоть с щек воина. А рядом с ней, ничуть не смущаясь грубой и стыдной работы, хлопотала леди Аланна, супруга Владыки. Несмотря на свою аристократическую прозрачность, она вполне крепко держала в руке мыльную губку.
На меня никто не обращал внимания. Огибая кушетки, я на трясущихся ногах прошла вперед.