Разве по их книгам скажешь, что они были забулдыги? Так же и тут. Бывает, что в человеке поселяется темная тяга к убийствам, которой почти невозможно сопротивляться.
– Но убить – это не то же самое, что водки выпить.
– Конечно, Федор. Только жизнь длинная, и в характере, как в организме, что-то нарастает, а что-то, наоборот, изнашивается. Еремеев сопротивлялся своему патологическому влечению, пока хватало сил, но случилась командировка в Афганистан. Стресс, тяжелое ранение, инвалидность – тут кто угодно мог сорваться.
– «Остров сокровищ»?
– Нет, про доктора Джекила и мистера Хайда.
Федор отрицательно покачал головой.
– В общем, за ваших товарищей боролась хорошая, здоровая часть Еремеева, а парней убивала темная сторона его натуры.
Замполит поднялся из-за стола:
– Я понял, Ирина Андреевна.
– Обещаю, что приму во внимание все свидетельства невиновности Еремеева и вынесу обвинительный приговор, только если у меня не останется ни малейших сомнений.
– Это слова.
– А вы что от меня хотели? – огрызнулась Ирина. – Чтобы я немедленно выпустила его из Крестов? Так у меня нет подобных полномочий.
– Коронная фраза бюрократа. Должность есть, а полномочий нет.
– Да сядьте вы ради бога! Вы можете позволить себе частное мнение, а я – нет, потому что цена моей ошибки будет очень высокой в обоих случаях.
Замполит вздохнул и снова сел:
– Вы только знайте, что если осудите Алексея, то вместе с ним погубите еще одного человека.
Ирина поморщилась:
– Я понимаю, что демагогия – это ваше главное средство производства, но на меня она не действует.
– Я говорю совершенно серьезно. Виноватым в катастрофе хотят сделать командира. Якобы лодка была в исправном техническом состоянии, полностью прошла ремонт, и трагедия произошла только и исключительно из-за некомпетентных действий командира.
– Ну так это основной принцип жизни в СССР – от тебя никогда ничего не зависит, но ты всегда во всем виноват.