Он не смог опознать нашего подсудимого, так что информация от него представляет всего лишь оперативный интерес.
Вера Ивановна опустилась на место, и заседание закончилось.
Еремеева увезли в Кресты, а она отправилась домой, понурив голову.
Вдруг услышала, как выкрикивают ее имя, и обернулась. Оскальзываясь на тротуаре и для равновесия размахивая своим допотопным портфелем, к ней стремительными скачками приближался Валентин Васильевич.
– Разрешите вас проводить? – вопил он на всю улицу, и Вера Ивановна засмеялась.
– Разрешу, только сначала мне надо позвонить.
В кошельке нашлась двухкопеечная монета, а листок с номером телефона будто сам прыгнул в руки из недр сумки. Впрочем, она и так помнила его наизусть.
Оставив своего кавалера под дверью телефонной будки, она бросила двушку в прорезь автомата и закрутила диск.
– Алло, это Саня? Я звоню от Лехи-борщевоза. Он сказал, что вы поможете мне в одном деликатном деле.
Ирина вздохнула. Сухофрукт не курил у нее в кабинете, но после него в атмосфере оставался запах никотина, конкурируя с мощным шлейфом от одеколона Лестовского, Ирина уж и не знала, что хуже.
А тут благородный аромат табака и парфюма. Если бы еще Владлен Трофимович научился после себя чашку мыть, так цены бы ему не было.
Ирина распахнула форточку и понесла грязную посуду в туалет. Когда вернулась, Лестовский маялся возле кабинета и, кажется, был недоволен, что она заперла дверь.
Когда она открыла, Владлен Трофимович вошел вслед за ней.
– Вы все еще упорствуете? – спросил он кокетливо.
– Что, простите?
– Все еще возражаете против того, чтобы я вас подвозил?
– Да, Владлен Трофимович. И так будет до конца процесса, поэтому не трудитесь переспрашивать.
– Как жаль… И кофе со мною не выпьете?
– Нет, не выпью.
– Жаль, жаль…
Вздохнув, как плохой актер, изображающий отчаяние, он опустился за ее стол и сложил перед собою руки корзиночкой.
– Кажется, я вас просила не садиться на мое рабочее место.
– Ирина Андреевна, дорогая вы моя! – Владлен Трофимович по-пасторски покачал головой. – Вы уж позвольте мне по душам с вами побеседовать на правах старшего товарища…
– Не позволю.
– Ах, Ирина Андреевна, Ирина Андреевна, что вы со мной делаете! – протянул Лестовский. – И все-таки давайте говорить. Поверьте, вы мне потом еще спасибо скажете!
Она посмотрела на часы:
– Рабочее время закончилось.