— Нужно найти герцога Арренского, а до тех пор вас развлекут мои коллеги, — договорив, он намеренно развернулся так, чтобы скрыть меня от глаз ищеек."
"Я быстро смекнула, что он делает, и поспешила встать так, чтобы скрыть лицо за его широким силуэтом. Благо, природа щедро одарила оборотней мощными габаритами, поэтому номер удался. Полкан поспешил увести меня с террасы, и я физически чувствовала, как взгляд кардинала сверлит мне спину.
Когда мы скрылись за поворотом, я испытала такое облегчение, словно сбросила с плеч огромный камень.
* * *Глава 51
Полкан повел меня по пустым коридорам дворца. Несколько стремительных поворотов, и вот, мы оказались в том самом крыле, в котором произошла моя стычка с наследным принцем. Я сразу узнала это место по щитам на стене. За все время оборотень ни проронил ни слова, но стоило ему завести меня в пустую комнату, похожую на оружейную, как он растерял всякий контроль над своими эмоциями.
— Это правда?! — Полкан схватил меня за плечи и впился горящим взглядом в мое лицо.
— Да, — шепнула я и услышала, как дрожит мой голос.
— Что им нужно?! — резко спросил оборотень, сжав пальцы на моих плечах сильнее.
— Я, — сказала и ощутила, как резко пересохло горло. — Они пришли за мной.
— Да это я и так понял! — нетерпеливо воскликнул Полкан. — Я спрашиваю, что им нужно от тебя?! Зачем им ты?!
— Их послал мой отец, — прошептала я. — Он хочет выдать меня замуж за черного мага.
— Не выдам! — оскорбленно шикнул он на меня, будто злясь на то, что я вообще допустила такую мысль. — Но тебя видел весь двор! Покажи они этот портрет любому пажу, и тебя опознают! — жарко заявил Полкан и вдруг резко сбавил градус. — А впрочем… — нахмурился он. — Может, не так все и плохо. На портрете ты совсем другая, и узнать тебя можно, только если знаком с тобой и много раз видел вблизи.
— Они знают, где меня искать, и рано или поздно все поймут, — я не приняла его утешающих доводов.
— Эля, — Полкан нахмурился, словно только сейчас понял для себя нечто очень важное. — Ты — принцесса? — в его голосе зазвучал неподдельный ужас. Его лицо выражает такой дикий страх, что, если бы у него были волчьи уши, он бы непременно прижал их к голове.
— А ты только сейчас это понял? — уточнила я.