В большой широкой комнате всё ещё стояли кадки с цветами, стол и кресла у окна, на полу лежала длинная красная дорожка, по стенам висели полки с книгами, рукописными свитками, презентами друзей и коллег, даже зеркало, повешенное мной собственноручно неподалеку от жилища Дарика, оставалось на месте. Но чего-то не хватало.
– «Парочка» разбилась.
Точно читает.
– Да ты в зеркало посмотри. На лице вопрос: что свистнули?
Грубиян.
– Как она могла разбиться?
«Парочка» – миленькая фарфоровая статуэтка, изображавшая двух влюбленных, привезенная мной из очередной командировки и поставленная на полочку возле двери, как напоминание, что есть, есть в мирах и эпохах те, кто просто радуется жизни, счастлив в любви и дружбе и не стремится заморачиваться поисками смысла бытия.
– А вот так, упала на пол, и адью.
– Всем штатным сотрудникам собраться в главном зале, – ворвался в нашу содержательную беседу механический голос.
Люблю свою работу…
До главного зала можно добраться, минуя три коридора и семь развилок. Количество кабинетов при этом никто не считал – собьёшься спокойно на первой сотне, в глазах зарябит от одинаковых железных коричневых дверей. Это только я выделяюсь своим зайцем, но на мою наглую персону непосредственное начальство уже давно рукой махнуло. Ценный сотрудник, как-никак.
В зале – толпа, не пробиться.
Рыцарь заскрипел шеей, пытаясь рассмотреть соседку. Не успел: на сцене появилось драгоценное начальство.
– Прошу тишины!
Народ послушно замолчал.
– Опять не все появились. Что ж, буду премий лишать.
Спасибо, добрый человек, ты как всегда умеешь правильно мотивировать.
– Первая новость. У нас открылся новый отдел по изучению доисторических времен. Куратор – Ринар Торссон. Желающие попробовать себя в новом амплуа – вперед, на амбразуры.