Заккари закатил глаза и затряс руками, поднятыми к небу, точнее к разрушенному потолку.
— Калеб! Это трагедия! Настоящее ЧП! С тобой никто не желает работать! Никто! Где нам тебе взять нового помощника?!
— Не знаю… — удручённо покачал я головой. — Но без него или неё я не смогу работать… Мне нужно, чтобы кто-то обеспечивал мне полный комфорт: содержал в чистоте моё жилище; готовил вкусные завтраки, обеды и ужины; выполнял все мои поручения; желательно не имел магического дара; ещё слушал мои идеи и вдохновлял. Моника хоть и выполняла свои обязанности из рук вон плохо, но была моей Музой!
— Во дворце столько слуг и поваров, что все удивляются, на кой тебе сдался личный помощник! — негодовал Заккари.
— Мне сложно сходиться с новыми драконами, не говорю уже о других расах. А слуги во дворце постоянно меняются. Вот же!.. Зак! Не мучай меня вопросами, я и так в полном смятении и упадке.
Уронил голову в ладони.
— Ох, Калеб, Калеб… Ты не гений. Ты само зло, вырвавшееся из недр Бездны, — скривившись, проговорил камерарий.
— Знаешь, Заккари, я был бы рад творить свои шедевры где-нибудь подальше от столицы и самого дворца. Тишина, красота, свобода, простор… — начал мечтать я. — Домик в горах, где можно не бояться, что моё новое изобретение взорвётся или будет гудеть, оглушая всех вокруг… Хорошо…
— Мда… Я передам твоё пожелание императору.
Последнюю фразу Заккари произнёс с сарказмом.
*Камерарий (лат. camerarius) — придворный чин и придворное звание высокого ранга. Означает ключника монаршего дворца. (Прим. Автора).
* * *
Кадровая служба при Императорском дворе
— И где нам найти такое мифическое существо? — горько вздохнул главный кадровик и обвёл взглядом своих подчинённых. — У кого есть идеи?
— Драконы не станут работать с Калебом, — сказал секретарь.
— Да, соотечественники не подходят, — резюмировал кадровик. — Эльфы? Последняя помощница Калеба как раз была эльфийкой.
— Она исключение, — произнёс младший кадровик. — Эльфы слишком ранимые. И вряд ли образ жизни нашего гения выдержит кто-то ещё из эльфов.
— Согласен, — почесал он макушку. — Люди слишком слабы.