Король твердо решил, что не умрет, пока не доведет до конца все свои дела на земле и прямо сейчас он делал самое важное из них. Он каялся. Архиепископ Реймса Соннатий, дряхлый старец, сидел у его кровати со скорбным лицом. Уж он-то, заставший королей Хильперика и Сигиберта, Хлотаря помнил еще в пеленках.
— Година я тоже приказал убить, — шептал король, которого оставляли силы. — Его отец Варнахар много силы взял, а я за государство радел, отче. Большую войну остановила та кровь. Каюсь!
— Отпускаю тебе этот грех, — смиренно отвечал епископ, утомленный списком подлых убийств, бессудных казней и прочих деяний христианского короля.
— Племянников своих убил, — негромко проговорил король. — Тетку Брунгильду казнить велел, да ты и сам знаешь о том. Жен Теодориха убил…
— Отпускаю, — кивал головой епископ.
— Бозона из Этампа приказал убить, — продолжил Хлотарь. — Он моей Сихильде был люб. Боялся я, что блуд у них был.
— И этот грех отпускаю, — покорно отвечал епископ, который хорошо помнил эту скандальную историю.
"— Может, забыл кого, отче, за давностью лет, — чуть более твердым голосом сказал Хлотарь. — Разве упомнишь всех! Сорок четыре года уже король. Все, не в чем мне больше каяться. Сына Дагоберта ко мне позови.
Молодой король сел на стул, который только что освободил епископ. Он выжидательно посмотрел на отца и не говорил ни слова.
— Брату Хариберту Аквитанию отдай, — зашептал Хлотарь.
— Тут, тут, — успокоил его Дагоберт.
— Поклянись, что сделаешь все по моему слову, — голос короля затухал.
— Святым Мартином клянусь! — поднял руку Дагоберт. — Чтоб мне пусто было!
— Тогда позови свою жену и Хариберта, попрощаться хочу. А потом остальные пусть зайдут. Мне уже недолго осталось.
Вечером того же дня великий король испустил дух, покаявшись и приняв святое причастие. Он ушел умиротворенный, с улыбкой на лице. Он сделал все, как нужно, раздал все указания и не забыл ничего. А вот его сын, как только получил весть о смерти отца, приказал позвать жену. Гоматруда, которую муж ненавидел, прибежала быстро, и теперь стояла, опустив глаза вниз. Её немного потряхивало. Дагоберт спал с ней всего пару раз, потому-то и детей она не родила.