Он не болтливый и умный, наверняка догадался, что все не так просто, и способен сложить кусочки картинки. Но лишний раз предупредить стоит.
– Конечно, ваше высочество. – Придворный лекарь с невозмутимым видом поклонился. – Я могу идти?
– Да, спасибо. – Йен кивнул.
Мы снова остались одни, наши с братом взгляды остановились на задумчивой Эрианор.
– Так мне никто и не объяснил, почему вы меня птичкой называете? – Лианоссе ЛасГаллен подняла голову и посмотрела поочередно сначала на меня, потом на Йена.
Я изогнул бровь и усмехнулся.
– Это вопрос к двоим, Эрин? – вкрадчиво уточнил, очень надеясь, что да.
Боюсь, моей выдержки надолго не хватит, наблюдать за ней и Йеном. Глаза нашей гостьи остановились на мне.
– К тебе, ты первый так назвал, – определилась она, к моему смутному сожалению, и добавила, усмехнувшись в ответ: – И не надо так откровенно намекать, Оллер.
– На что? – Я изобразил искреннее удивление.
– На то, что мы еще обсудим, – ответила Эрин, и взгляд стал ну очень выразительным.
Да не вопрос, хорошая моя.
– Олле-э-э-эр, – насмешливо протянула разноцветная. – Я жду ответ.
Сделал глубокий вдох, успокаивая разошедшиеся эмоции, и честно ответил:"
"– Я видел тебя перед первым вечером Игры, когда ты пела на балконе.
– Собственно, первый твой прокол, милая. – Светлый присел на ручку своего кресла, весело глядя на недовольно скривившееся личико. – Ты пела на языке, которого нет в Оймири. У нас он единый. Ну и все знают, что разноцветные не поют, а ты указ нарушила. И красиво так, между прочим, – задумчиво добавил Йен. – Я аж заслушался.
Она прерывисто вздохнула, прикрыв глаза.
– Ладно, хорошо. Я даже не буду спрашивать, как вы через забор пробрались и зачем вообще решили подглядывать, – проворчала Эрианор и выжидающе уставилась на меня. – Ну?
Нас опять прервали – принесли ужин. Служанка быстро расставила тарелки, и мне сразу пришла идея первого желания. Вполне невинного, с одной стороны, но мне лично доставит удовольствие. Сел за стол, придвинулся ближе к Эрин – она внимательно следила за мной – и взял вилку.