И потом, за мою простую на первый взгляд работу платят больше, чем Костину за благородную борьбу с криминалитетом. Но делать нечего, придется запаковывать и Вовкин скарб. Все-таки мужчины на редкость ленивы! И Костин абсолютно не логичен! Деньги отдавать не велит, а переехать уже собрался, но так же нельзя, если вселяешься в дом, отстегивай тугрики. Ладно, я поступлю по-своему. Всей суммы и впрямь нет, но Анатолий Загорькин охотно купит картины, прямо завтра поеду к нему.
– Лампа, к телефону! – заорал Кирюша и швырнул трубку.
Я изловчилась, поймала ее, погрозила мальчику кулаком и сказала:
– Слушаю.
– Евлампия Андреевна Романова? – спросил милый женский голос.
– Да.
– Ваш телефон дал нам главный редактор радио «Бум» Александр Семенович. Знаете такого?
– Конечно, он мой начальник.
– Замечательно. Как вы относитесь к телевидению?
– Ну… положительно, а что?
– Хотите работу?
– Какую?
– Мы делаем утренний эфир, – защебетал голосок, – простите, я не представилась, Таисия Аляско, продюсер.
– Это кто такой? – не поняла я.
– Человек, который приглашает гостей в студию, – тарахтела Таисия, – уговаривает их прийти и работать в эфире. Ей-богу, плевое дело, а оклад – ого-го!
Услыхав сумму, я крякнула. Конечно, не ого-го, но если сложить ее вместе с рублями, заработанными на радио «Бум», тогда получится просто «ого», без «го», но все равно приятно. И потом, деньги никогда, во всяком случае в нашей семье, не бывают лишними.
– С огромной радостью, – перебила я Таисию, – но у меня эфир на радио, боюсь, не сумею совместить две службы.
– Ерунда, я же сказала, мы ранняя передача! Мотор в пять тридцать утра, в десять конец, и ты свободна, как ветер, – Таисия перешла со мной на «ты», – успеешь и на «Бум», и на второй «Бум», и на третий. Шикарное предложение, мы его лишь по одной причине делаем: берем на программу только своих, а тебя Александр Семенович очень хвалил.
– В пять тридцать утра?! – ужаснулась я. – Мама родная! Во сколько ж встать надо!
– Фу! Прямо слушать смешно! В четыре вскочишь, в полпятого за тобой машина придет.
– У меня своя есть.
– Ваще класс! Где живешь-то?
– Ну… за город переезжаю, близко от МКАД.
– Вмиг долетишь. Утром на дороге никого, я сто восемьдесят развиваю.
Я тяжело вздохнула. Моя машина просто развалится на такой скорости. Хотя если я приму предложение говорливой Таисии, то, вероятно, сумею купить себе что-нибудь поприличней.