— Генетики вашего дома далеко ушли в своих экспериментах с совместимостью, а наши нашли способ значительно продлить нам жизнь, и только потому, что я слишком долго живу, с первого взгляда вижу то, чего не замечают другие. Когда пошли разговоры о гениальности твоего сына и его стали сравнивать с Вэйном, никому в голову не пришло сравнить структуры их ДНК. А я сравнил. И обнаружил, что они идентичны. Твой сын унаследовал тот самый редкий набор генов, который передался Вэйну Шэнгри от матери.
— Так вот почему вы пытались меня убрать… — видимо, разгадав шараду, откликнулся Торн.
Сайрус промолчал, лишь скривил в недовольной ухмылке тонкие губы.
— Почему вы уничтожили дом Шэнгри? Вы были не только советником Иторра, он доверял вам, любил как родного брата, — хмуро заметил Кайл.
— Он хотел вернуть на Проктэрру хаос и анархию, — безапелляционно заявил мужчина. — Вэйн Шэнгри, чтобы оставить себе тар дэ, уничтожил почти всю правящую элиту Проктэрры, а потом создал связь и, пользуясь своей силой, навязал импринтинг всем проктэррианцам. Согласен, тогда это был единственный выход, чтобы остановить кровопролитие. И наши предки дорого заплатили за возможность жить в мире, не содрогаясь от мысли, что завтра в твой дом ворвутся соседи, убьют всех мужчин и заберут себе женщин.
— Неправда, — не выдержала я. — Мой прадед хотел помочь тем, кто, потеряв свою пару, был обречен на одиночество и ампутацию чувств. Он считал, что проктэррианцы достигли того уровня сознания, чтобы не повторять ошибок прошлого. Вы убили его, потому что теряли свою власть и влияние.
— Жаль, я сразу не понял, что ты Шэнгри, а не потомок Рори.
Эти слова стали последней каплей в чаше терпения Кайла Райдэка. Я вообще не представляю, как он смог так корректно и без лишних эмоций разговаривать с тем, кто убил его жену и то же самое пытался сделать с сыном.
— Мэйн орис Сайрус Мардж, данной мне властью я смещаю вас с занимаемого поста и приказываю взять под стражу, — кивнул фрэйсерам Кайл.