Что то глазки у них у всех стали масляными, взгляды двусмысленными…
Вон, не только Алевтина, но даже и Эви как-то уж очень многозначительно поглядывают в мою сторону, что в пору предположить, что посмотрев на то непотребство, что творится у сектантов, они напрочь забыли, зачем мы все тут, собственно, и собрались.
— Серьёзнее, скоро уже всё начнётся. — воззвал я к разуму собравшихся, — думаем о деле а не о разврате.
— Андрей, с нами всё нормально, — попыталась отмазать своих подруг Светка, но, слава богу, я отметил, что лихорадочный блеск покидает девичьи глаза, уступая место сосредоточенности…
— Будете так реагировать, — сказал я, закрепляя достигнутый успех, — я трансляцию отключу!
— Не надо, — хор голосов, произнёсших эти слова включал не только голоса девушек.
А там Велизарий, надо сказать, времени не терял."
"Покуда я пытался немного снизить накал страстей, возникший в нашем коллективе из-за просматриваемого контента, он успел размалевать кровью жертвенного козлика всех коленопреклонённых неофиток, и теперь смотрел на плоды трудов своих.
И было его взгляде что-то эдакое, неуместно-игривое, наряду с легко читаемым чувством глубокого морального удовлетворения от проделанной работы.
Я так понял, что сейчас должно состояться эффектное явление потустороннего существа, сиречь старого козла С’Ами’Аза, который придёт собирать сливки, то есть инициировать новых аколиток. Во все отверстия инициировать, независимо от того, предназначены они для, гмммм, инициации, или нет…
И что-то мне подсказывает, что зрелище это будет, как это принято говорить в кругах цензоров, восемнадцать плюс…
Но тут придётся абстрагироваться от всех пикантных подробностей, несмотря на вполне естественное желание насладиться зрелищем разнузданной оргии.
И причина этому понятна. Судя по характеру предварительных приготовлений, люди Юргена готовились к возможным волнениям среди паствы. И волнениям серьёзным.
Это намекало на то, что в сценарий сегодняшнего, если так можно выразиться, мероприятия, были внесены весьма радикальные изменения.
Вовсе не исключено, что это признак как раз того, что готовится человеческое жертвоприношение.
И каким оно будет, одиночным, или массовым, никто, кроме этого старого козла не знает.
Хорошо, если они перережут горло какому-нибудь невезучему бомжу, и на этом остановятся. Это можно будет считать подготовительным этапом большой гекатомбы.