Но ты, конечно, не делился ею со своей командой, так что она не очень попорчена, не так ли?
Майлз с трудом сдерживал ярость.
— Эта женщина не продается.
— Я тебе хорошо заплачу. К чему упорствовать? Она всего лишь шлюха…
— Она не шлюха! — взорвался Майлз.
Диего взглянул на Кросса и впервые за все время пребывания в гостях у своего заклятого врага испугался за свою жизнь.
— Она не шлюха, и она не продается ни за какие деньги, — хриплым шепотом выдавил Майлз.
Диего встал и подошел к Майлзу вплотную.
— Ты совершаешь ошибку, мой друг. Я предлагаю тебе золото…
— Пошел вон!
— Я предлагаю тебе золото, — повторил Диего, — плюс даю тебе возможность без проблем покинуть порт и гарантирую ненападение во время дальнейшего следования. Послушай, безопасность людей и груза, да-да, того груза, под тяжестью которого так глубоко осел твой корабль, стоит какой-то девки.
— Меня не заинтересовало твое предложение, — без всякого выражения сказал Майлз, давая понять, что разговор окончен.
Однако Диего намека не понял. Наклонившись через стол, опираясь ладонями о столешницу, он сверлил Кросса взглядом.
— А зря, сударь, — сказал испанец. — Мой принц очень хочет иметь белокурую красавицу, и я сделаю все, чтобы он получил ее. Он не отступится, и я не отступлюсь. Последний раз предлагаю по-хорошему, назови цену девчонки.
— Довольно, Диего. Не начинай все сначала. И больше не приходи сюда.
— Нет, я приду. Но приду не один, — веселым тоном пообещал пират.
С этими словами испанец ушел, хлопнув дверью. Майлз в ярости смахнул со стола бумаги.
Ситуация оказалась куда серьезнее, чем представлялась на первый взгляд.
Но он защитит свою возлюбленную. Никакие силы ни ада, ни рая не отнимут у него его Александру.
Глава 14
Майлз шел по кривым грязным улочкам Санта-Круса, продираясь сквозь толпы пьяных матросов и шлюх. Маленький городок напоминал бедлам. Добропорядочные горожане, спасаясь от нашествия разгульных пиратов, запирались в своих домах, наглухо закрывая ставни. Уж лучше потерять прибыль, отказавшись от торговли, чем потерять жизнь. То тут, то там, завязывались потасовки. Грозные окрики сопровождались звоном клинков.