И самое потрясающее – среди этих гигантских листьев буквально толпились со всех сторон грибы-боровики. Семьями, толпами, строем и россыпью. По колено, по пояс, по грудь и выше моего роста. А самые большие грибы посередине их слегка раздутой ножки мы не могли обхватить вдвоем. И – запах! Дурманящий, всепроникающий, очаровательный грибной запах! Мне кажется, я им пропиталась на всю жизнь. Этот запах навсегда укоренился в моих легких…
– Хоть кусочек принесла? – вырвалось у Казика Теодоровича.
– Он не разрешил, – печально вздохнула агент.
Павел Павлович не удержался от недоверчивого сарказма:
– Ага, ты еще скажи, что эти грибы разумные и их нельзя срезать.
– Да нет, вроде нормальные, съедобные. Просто для этого есть определенные дни, и нарушать правила в том мире никак нельзя. Я хотела сорвать хоть один маленький боровичок, но Динозавр меня и слушать не захотел. Зато взамен рассказал одну историю, как он обычно наживается в других мирах с помощью именно этих грибов.
Видно было, с каким нетерпением шеф желает выслушать очередную порцию чудес, но годами выработанное чувство времени заставило его прервать рассказ девушки:
– Вначале звякни своему телохранителю.
– В одном из лесных миров тамошний император проводит ежегодный конкурс наибольшего гриба, в котором наш объект вот уже несколько лет занимает первое место. Причем для устранения излишней подозрительности он за неделю до конкурса прибывает в столицу империи и во всеуслышание заявляет, что готов скупить у любого собирателя наибольший гриб за сумму, немного превышающую размер премии.
– Понятно, – закивал главный аналитик. – Вот нам и ответ, откуда он может брать капиталы.
– Что там еще было? – Шеф не терял нити."
"– Потом мы прошли около километра. Лес стал совсем редким, словно мы выходили из этой гигантской чаши на самом острие клина.