Против них воюет уже состоявшееся государство, а не просто Советы рабочих и крестьян, только взявшие власть."
"Я у всей этой братии теперь Указчик. Это, конечно, не атаман, который «что хотит, то и воротит». Это скорее такая указующая длань. Почему такая честь досталась именно мне, прибывшему из далекой Сибири, неприлично молодому, да и не бывавшему в этих краях уже лет пять, хотя многие из предков вросли корнями в малоросские земли? А кому же еще? Пока эти борцы за покой и волю щупали деревенских баб да шумно грозились перебить активистов и зернозаготовителей, я занимался грязной и шумной работой.
Один за другим я неотвратимо выщелкивал врагов Украины и прочих большевиков. То из-за засады пристрелим супостата. То домой к наиболее опостылевшему комиссару завалимся. И разговор короткий: пуля – и конец, делу венец. Так за мной утвердилась репутация готового на все и не боящегося никого народного героя.
Несколько месяцев, что мы ведем активный террор, нам удавалось успешно уходить от поднятых на наш розыск и ликвидацию бойцов ОГПУ, милиции и армии.
Хотя Украинская Республика и наводнена людьми в форме, которыми эффективно проводились массовые мероприятия по околхозиванию и раскулачиванию крестьян, уходить на этих просторах, скрываться и отлеживаться удавалось на удивление легко.
Также без особых проблем удалось создать агентурную сеть в более-менее приличных населенных пунктах, систему связи и оповещения.
Еще нужно пояснить, что тянулось бандподполье не столько ко мне, сколько к моему оружию. Прошел слушок, который я не опровергал: у Указчика есть доступ к заныканным еще Петлюрой секретным оружейным складам. Там и винтовки, и пулеметы, и даже артиллерия.