От себя самого в конце концов – нескладного семнадцатилетнего парня без друзей, интересов и будущего, который олицетворял собой классический пример странного ботана с заторможенной речью и неловкими движениями.
Я подсел на антидепрессанты. Подсел основательно и надолго. Они стали для меня глотком свежего воздуха. Именно в этот период я победил в конкурсе, сдал ГИА в девятом классе на высшие баллы и начал мечтать о поступлении.
А потом, с разницей буквально в пару недель, заболела мать.
Вначале она пыталась бороться.
А я вернулся к ночным мечтам о суициде под приглушенные стоны матери из соседней комнаты.
И было еще кое-что. Кое-кто.
Он нашел меня сам. Просто написал мне в социальной сети. Это было первое сообщение за неделю, поэтому на секунду я подумал, что либо кто-то мается дурью, либо это просто рекламная рассылка.
Но сообщение было не похоже на обычный социально-сетевой бред. Парень, написавший мне, кажется, искренне интересовался моей жизнью. Спрашивал об учебе, о семье. О моих мыслях. И хотя о себе он ничего так и не рассказал, быстро стал моим лучшим другом. Я испытывал к нему непонятную привязанность. И в какой-то момент понял, что сделаю все, что он мне скажет.
Я не знал, как он выглядит, сколько ему лет, где он живет, но он знал обо мне все. И то, что я чувствую – тоже.
Чтобы все это кончилось.
Конечно, я читал все эти новости о группах смерти, о подростковых самоубийствах и законопроектах об ужесточении наказания за склонение к суициду. И когда понял, какие цели преследует мой анонимный собеседник, не почувствовал ничего, кроме благодарности. Кто-то должен помогать таким, как я. К тому же Ян, так он представился, особо и не скрывал того, зачем со мной общается.
И, похоже, уже все спланировал.
По крайней мере, вот уже на протяжении сорока дней он присылал мне так называемые «задания». Но не совсем те, о которых писали в идиотских статьях всякие журналистки, исполненные яростным желанием защитить «бедных подростков». Перечень вызывал смех и казался мне полной чушью. Резать руки? Тыкать в себя иголкой? Рисовать херню на бумажке? Все это, особенно то, что касалось причинения самому себе мелкого вреда, я проделывал задолго до моего знакомства с Яном.