Тяжелый робот угодил в верхнюю кромку стены, с силой врезался в нее, обрушив небольшой фрагмент. Все заволокло пылью.
С трудом управляя машиной, кое-как подтащив и зафиксировав поврежденную ногу робота, Барнс совершил еще одну попытку — энергозапас топливной сборки быстро падал. Кажется, там вышло из строя что-то важное. Была и резервная, но как происходило переключение, сержант не знал.
Есть!
Когда сработали оба двигателя, да еще и в требуемом направлении, толчок получился очень сильным. Штурмового робота рвануло так, что под действием силы, что-то отломилось.
Не удержал равновесие, пошатнулся и слетел вниз, в неглубокое ущелье. Кое-как, цепляясь за стены уцелевшим манипулятором, Барнс превратил неконтролируемое падение в контролируемое. Когда робот все-таки упал на колени, он, к счастью, не получил фатальных повреждений — лишь отвалилась пара бронепластин, да жалобно взвыли сервоприводы, получив предельную нагрузку.
Идти дальше было можно и нужно. Сейчас Киаркнеры полезут либо через стену, либо в обход. Вопрос времени.
Огромный робот помещался в ущелье с трудом, но впереди было открытое пространство — лишь камни и валуны, величиной с дом. Сильно хромая и волоча за собой поврежденную ногу, «Центурион» выбрался из тесного места. Мощные приводы выли, скрипели, но работали.
— Давай, давай иди! Можешь же идти! — кричал сержант, подгоняя поврежденного робота.
И «Центурион» шел. Громыхал, лязгал металлом, как подраненный рыцарь. Но упорно шел.
Сзади раздался свист — приближалась пара транспортников пришельцев. Хотя, наверное, им подошло бы другое название.
Сканер это дело засек и тут же оповестил оператора. Барнс развернулся и почти не целясь, выпустил самонаводящуюся ракету. Та попала точно в цель, но не смогла сделать ничего существенного — корабль окружал щит. Транспортник лишь вильнул в сторону, содрогнулся, но затем продолжил полет.
Барнс снова активировал дымовую завесу, но на этот раз она сработала плохо. Заработал тяжелый импульсный пулемет, второй молчал — разъело кислотой.
Безуспешно — щиты пришельцев работали хорошо. Если не пробила ракета, то куда там пулям, пусть даже и крупнокалиберным?!
Кажется, это все. На открытой пустыне, хромающий, покоцанный робот — прекрасная движущая мишень. Бить по такой с воздуха, одно удовольствие.
Но Барнс не унывал.