Или еще пышнее. Вот только зачем? Она выглядит глупо». Ей сразу стало легче. Она показала язык в спину женщине и услышала, как кто-то хихикнул.
Это был маленький мальчик в накрахмаленном воротничке и довольно-таки жарком костюме. С ним были сестра и няня, которые стояли у витрины кондитерской. Роуз боязливо посмотрела на него – а вдруг из-за него у нее будут неприятности? – но он отвернулся и потянул свою няню за руку:
– Можно мы теперь пойдем в парк?
– Через минуту, Эдвард. Сегодня никаких пирожных, мисс Луиза! – Голос у няни был измученный.
– Пойдем, Лулу, – канючил мальчик. – В парк!
– Хочу пирожное! Мама всегда разрешает нам съесть пирожное! Хочу пирожное сейчас же! – Девочка, на вид одного возраста с Роуз, кричала и топала ногами, ее лицо стало пунцовым под шляпкой со страусиными перьями, как у мисс Спэрроу. – Хочу вон то!
Роуз не могла удержаться от искушения посмотреть, из-за чего такой скандал. Да она еще хуже, чем Изабелла, эта девчонка. В приюте даже самые маленькие так себя не вели.
"Но, увидев витрину кондитерской, она почти посочувствовала девочке. Пирожные были красивыми, словно игрушки. В приюте никогда не давали пирожные, только пироги по особым случаям, да и то лишь какой-нибудь пирог с сухофруктами, темный и сытный. Девочки приходили от него в восторг, но здесь было нечто необыкновенное. Главным украшением витрины был огромный трехъярусный торт, весь покрытый блестящей белой глазурью. Роуз догадалась, что это свадебный торт, хотя она никогда не бывала на свадьбе.
Остальные торты и пирожные не были волшебными, насколько она могла видеть, но большинство из них истекало кремом и было украшено шоколадными завитушками.