Где-то раз в полтора-два месяца.
Кейр, бедный, кажется, подавился своей солянкой и истово закашлял в кулак. Киз скривил нижнюю губу, ухитрившись при этом держать верхнюю неподвижно, отрывисто кивнул и взял монеты. Мой палач-телохранитель, сочтя, что теперь, пусть даже временно, киллер номер два вошел в наш маленький дружный коллектив, прокашлялся и счел возможным начать расспросы:
— Вы нам с магевой о стране своей рассказать сможете?
— Почти ничего, — односложно заметил Гиз. — Нас двухгодовалыми сопляками забрали, когда исполнялся заказ.
— Заказ? — не понял Фаль. Взмахнул крылышками, прошелся по столу и задрал голову в ожидании объяснений.
— Наш род был заказан, и заказ выполнен, выглядело все как смерть от несчастного случая, — проронил вместо брата Киз. — Якобы сбой в работе огненного заклятия охранного и теплового артефакта замка на зимнем празднике. Не выжил никто.
— Почему тогда вас не убили? — удивился Кейр.
— Нет, конечно, — спокойно (то ли переболело уже, то ли по младости лет и болеть толком было нечему) отозвался Гиз. — Нас сочли хорошим материалом. Тем более что ко времени исполнения заказа мы с братом уже были сиротами. О родителях позаботился раньше кто-то из здешних заказчиков.
— И вы не пытались ничего выяснить? — не поверил Кейр такому воплощенному спокойствию.
— Нас связывала клятва, одно из ее условий — не ворошить прошлое, — помедлив, все-таки раскрыл одну не слишком страшную тайну мой киллер.
— Ага… — Я задумчиво вздохнула.
— Ты чего, Оса? — забеспокоился Фаль, перепорхнув мне на плечо и нежно погладив крылом щеку.
— Ничего, — мотнула головой, оставив размышления о важном, но не так чтобы сверхсрочном вопросе на потом. Время есть, обдумаем и найдем выход. Он ведь, как говорит мудрая пословица, есть всегда, даже если сразу не виден или выглядит несколько неприглядно.
— Мы знаем лишь, что род был древним и могущественным, ты почти угадала, магева, когда говорила о герцогах. Думаю, именно из-за его ставшего опасным влияния наших предков и извели под корень. Артаксар — монархия, но есть Собрание Грайолов, с каждым годом все более набирающее силу. Род, стоящий между дворянством и троном и не примкнувший ни к кому, мог мешать многим, — выложил свои соображения Гиз.