Плавное движение руки, якобы указующей на парня, резко ускорилось, пальцы метнулись к рыжему вору, схватили его за руку, за ремень, охватывающий узкую талию, и рванули на себя. Так крепко я еще никогда ни во что не вцеплялась. Не ожидавший такой подлянки Лакс потерял равновесие и почти рухнул на меня. В тот же момент раздалось музыкальное «дзень». Там, где только что была рыжая голова вора, свистнула стрела. Эльф, всетаки очень молодой парнишка, ибо взрослые люди так не удивляются, с открытым ртом смотрел на оборвавшуюся тетиву изящного лука, на стрелу, на половину длины ушедшую в дерево за нашими спинами, и глаза его едва не вылезали из орбит.
– Направляемся в город Патер, – завершила я, выпустив Лакса из сжавшихся мертвой хваткой рук.
Вор, не дурак, уже уяснил, чего ради я играла в «обжималки», и был не румянее бедолагистрелка. Но в седле выправился и рта не раскрыл, предоставив магеве дальше играть на поле.
– Хотя наше путешествие, как я погляжу, могло бы здесь и закончиться.
Женщина быстро, но необычайно плавно, словно в танце, повернулась к парню, сжимавшему бесполезный лук, и выдала какуюто мелодичную, однако очень сердитую трель. Юноша жалобно прочирикал чтото в ответ.
"– Пусть осияет свет твой путь, магева. Да не затаишь ты на нас вражды: роковая случайность, а не злой умысел, направили оружие. Позволь во искупление вины пригласить вас в свой стан. Будьте гостями, разделите с нами трапезу и останьтесь на ночлег.
«Надеюсь, приглашают от чистого сердца, а не чтобы добить тайком, раз промазали», – мысленно прокомментировала я и вежливо склонила голову в ответ, однако спешиться не торопилась:
– Благодарю, мы принимаем ваше великодушное предложение.
Провинившийся юнец быстро чирикнул чтото просительное остальным патрульным, и они чинно закивали головами. Зеленые как молодая травка и очень виноватые глаза парня устремились на нас, и он робко сказал, стараясь при этом выглядеть достойно и гордо:
– Я приглашаю вас к своему костру.