Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Кажется, доводы на основе рассудка дошли до сознания телохранителя, или он решил, что проще сделать вид, будто поверил, нежели препираться с девицей. Разговор угас. Я с благодарностью отпустила руну тишины и вновь сосредоточилась на путешествии.

Лес, пусть приятный взору, не был тем местом, где я рассчитывала обрести стол и кров. Чай не стрекоза. Еще на Вальдине мне довелось всласть налазиться по дебрям, пусть и не века в них провела, как сильф, но с меня хватило. При всей любви к природе эстетическое удовольствие любования оной было несколько подпорчено необходимостью продираться сквозь дебри и ночевать на голой земле.

Приобретение сундука-шкатулки, куда помещалась постель, сделало жизнь несколько более комфортной, но все равно я гораздо больше любила ночевать под крышей, где не поддувало в спину. К тому же крыша, в отличие от лесного полога, не текла при сильном дожде. Романтика, она такая подлая штука, почему-то любит селиться в душе рядом с хотя бы относительным физическим комфортом. Тогда и путешествия, и новые впечатления в радость. Вот я, вопреки русской национальности, и надеялась не только на дорогу, но и на какой-никакой оборудованный ночлег по ходу следования.

Если рассуждать логически, то кто-то вбухал чертову уйму магии, чтобы проторить путь, а значит, потратить еще чуточку сил и средств на обустройство постоялого двора или гостевого домика для него не проблема. Хотелось верить, что неизвестные строители мыслили столь же практично и стройно, как я.

Ну или, на худой конец, тоже любили удобства.

Шорох копыт, скрип сбруи, лесные звуки, долетавшие сквозь защиту несколько сглаженными и приглушенными, стали настолько привычным фоном, что я непроизвольно вздрогнула, заслышав впереди уже под вечер панический бабий вой-причет:

— А-в-а-вааа!!! Сынушко, да как же это?! Родненьки-и-й!

Вслед за голосовым сопровождением появился и первый форпост цивилизации у заклятой дороги.

Ну форпост — это, конечно, громко сказано, не замок, не башня какая-то. А вполне себе симпатичный добротный деревянный домишко, крытый огромными, чумовыми желто-красными листьями, по виду больше всего напоминавшими перья из крыла птицы. Невысокий заборчик подсказывал вполне четко, что сие поселение включено в общий охранный контур и не столько защищает обитателей от леса, сколько препятствует утеканию животных ресурсов за ограду.