— После триллера о «покушении на Алльзу» я видела еще две картинки, но они не такие понятные, — поделилась сведениями с мужчинами, предварительно сообщив, что слегка подкорректировала круг слушателей, и мы вольны беседовать свободно. А потом расписала темный каменный мешок с огромным каменным же стулом внутри. — Только работал этот стул поэффективнее электрического. — Поморщившись, я коротко описала процесс свидания предмета мебели с седалищем жертвы и высказала сложившееся у меня мнение, что видела я не разовый акт преступного злодейства, а одну из регулярных акций, возможно, казнь.
— Похоже, какая-то местная магия, — задумчиво предположил Гиз и, припоминая мои ранние видения, касавшиеся Кейсара Дерга, повлекшие за собой грандиозную акцию вызволения детектива из-под замков и экстренную смену правящего монарха, спросил: — Жертву узнала?
— Нет, видно было плохо, только мне все равно почему-то казалось, что я того бедолагу никогда раньше не встречала, — честно призналась я и для самой же себя мысленно отметила: «Но это вовсе не означает, что не встречу в будущем».
— Бедолагу? Сразу в жалость ударилась! А если он кровожадный убийца? — скривился Киз.
— Может, и так. Не буду вступать в очередной и бесконечный философский спор на тему: имеет ли право общество казнить преступника или оно, делая так, лишь расписывается в своем бессилии и мстит по-звериному, — спокойно согласилась я, машинально погладив мягкие косицы Дэлькоровой гривы. Все, что хотела, на семинарах по философии высказала, что теперь-то базарить.
— Не судья? — недоверчиво хмыкнул киллер и буркнул себе под нос: — Ну-ну.
— Ксения — служительница, Киз, — твердо отметил Гиз, как лозунг развернул. — Она — воплощение высшей справедливости.
«О-о-ох, опять мой замечательный во всех отношениях мужчина (если бы не помешанность на теме избранности) завел свою шарманку.
— Высшей? И ты веришь в то, что она существует? — неподдельно изумился собеседник.
— Я во многое никогда не верил, еще в большем успел разувериться, но в том, что за Осой стоят Силы, убедился лично и, увидев, как она судит, понимаю почему, — ответил брату Гиз, мастерски проигнорировав мое недовольство. Вроде и прямо в лицо смотрит, а чего не хочет, не видит.