– Не терпится посмотреть, как вы будет любезничать!
Глава 10За ужином Вероника сидела между Себастьяном и братом. Матушка восседала в конце длинного стола, бабушка по правую руку от нее, дедушка – по левую, Элизабет и Джессика слева от него. С братом Вероника едва перекинулась парой слов, но ее молчаливость с лихвой восполняла Джессика: с той секунды, как вся семья села за стол, рот у нее не закрывался.
– Расскажи всем, как ты представлялась королеве на своем первом балу! – добралась она и до Вероники.
– Я уже десять раз рассказывала! – ответила та недовольно.
– Я каждый день занимаюсь танцами! – зачем-то сообщила Джессика, и карие глаза ее мечтательно затуманились. – Лучше всего мне удается вальс. Верно, дедушка? – взялась она за герцога.
– Верно, милая, вальс в твоем исполнении великолепен, – ответил тот, поднимая бокал в молчаливом тосте за внучку.
Вероника с матерью обменялись обеспокоенными взглядами. В нынешнем состоянии старику определенно нельзя было танцевать! Однако, зная характер деда, она не сомневалась: он настоял.
– А ты, Элизабет? – спросила Вероника, повернувшись ко второй своей сестре. – Какой твой любимый танец?
Разговор с сестрами делал атмосферу не такой напряженной: они давно не виделись, и она очень соскучилась, – а кроме того, болтовня позволяла не поддерживать ради дедушки беседу с Себастьяном.
– Я не люблю танцы! – отрезала Элизабет.
Зачем спросила об этом, Вероника не понимала: все и так знали, что балам и танцам она предпочитает уединение в библиотеке.
– Да как такое возможно? – живо повернувшись к сестре-близняшке, воскликнула Джессика. – Из всего, чему нас учат, танцы – самое интересное! А будущей весной мы выйдем в свет и начнем танцевать на настоящих балах с красивыми джентльменами! Не могу дождаться! – Она всплеснула руками и добавила со смехом: – Будем надеяться, для каждой из нас найдется такой же прекрасный и благородный джентльмен, как наш дорогой Себастьян!
Эджфилд чуть не поперхнулся от неожиданности, но благодарно кивнул и поднял бокал.
– Благодарю за комплимент, леди Джессика!
Затем тихо, но так чтобы услышала Вероника, добавил:
– Жаль, что ваша сестра обо мне далеко не столь высокого мнения.
– О чем это ты? – прошипела Вероника, бросив на него взгляд искоса.
– Ровно ни о чем, милая, – ответил он с широкой улыбкой и отпил из своего бокала.