Но в мире Анны, где всё было разложено по полочкам, таким вещам не было места. Она бы немедленно вызвала полицию, а это не принесло бы ничего, кроме неприятностей и ещё большего количества вопросов.
– Я вам уже рассказывал, что Эндрю Миллинг меня притесняет, потому что я больше не хочу, чтобы он был моим наставником, – осторожно напомнил я.
Анна тяжело вздохнула.
Я продолжил:
– К несчастью, этот человек опасен, хотя я бы тоже предпочёл, чтобы это было не так. Он подначивает своих сторонников калечить людей и, как нам удалось выяснить, задумал кое-что и похуже! – Я невольно начинал говорить всё быстрее, чувствуя, что Анна меня больше не слушает.
К сожалению, в комнату как раз вернулся Дональд.
– Ты что, всю ночь, что провёл не дома, играл в детективов и агентов? – процедил он.
– Нет, – упрямо возразил я, и тут же последовали новые вопросы.
Допрос продолжался полночи. Лишь благодаря моему упорству мне удалось скрыть от них правду.
Я чуть было не уснул прямо на стуле, и тогда Рэлстоны наконец-то сжалились надо мной и отпустили меня в мою комнату.
– Эй, Джей, твой приятель классный чувак: когда я открыл дверь, он попросил меня сделать погромче! – проревел Марлон.
– Sí! И наши музыкальные вкусы почти полностью совпадают. – Кинг выглядел очень довольным.
– Fantástico, – слабо проговорил я, спрашивая себя, что сотворили в зоопарке с ушами Кинга. Может, всё дело в том, что он никогда не жил на воле?
Я оставил их вдвоём – пусть развлекаются дальше, а сам решил зайти к Мелоди пожелать ей спокойной ночи.
– Вы не могли бы превратиться для меня, ты и другой мальчик? Ну хоть чуть-чуть? – упрашивала меня сестра. Я на мгновение представил, как две крупные хищные кошки играют с ней в её комнате.
– О-о-о-о! – Мелоди пришла в восторг – от когтя, а не от бисера. – У меня самый классный в мире старший брат!
Приятно, что она имела в виду явно не Марлона.
– Спокойной ночи, – сказал я, поцеловал её в лоб и ушёл в свою комнату.