– Он выразил желание не ощущать ничего подобного и обеспокоенность тем, что не сможет сдержаться. Тогда я позаботился о том, чтобы Валерия носила амулет абсолютного ментального щита. – Опасное признание, но без него никак. – Это облегчило состояние Элоранарра, но… Потом, насколько я понимаю, он узнал, что для него связь избранных – возможность спастись, а вам выгоднее породниться с Фламирами… – это я произнесла тихо-тихо, прислушиваясь к изменившемуся дыханию императора, улавливая флюиды раздражения. – И когда амулет абсолютного щита был снят, ощущение связи и все эти обстоятельства побудили Элоранарра украсть Валерию.
– Не в состоянии сражаться на дуэлях, – грустно подытожил император.
Фыркнул. Снова прошёлся из стороны в сторону и остановился напротив меня:
– Лин им помог это устроить? Это он исказил показания следящей метки?
– Не знаю.
– Понятно, – недовольно-задумчиво протянул император. И потребовал: – Дай клятву крови, что никому не расскажешь о случившемся и о том, что я это знаю.
Отрастив серебряный коготь, я вспорола ладонь и подняла голову, чтобы заглянуть в сощуренные всё ещё тёмные глаза императора.
– Клянусь силой…
«…ветра», – пропечатала я ментально, вплетая это слово в структуру клятвы.
– …клянусь жизнью…
«…полевой мыши», – от ментального усилия в голове всё зазвенело.
– …что никому не расскажу о дуэли между принцами рода Аран и её причинах и последствиях, и о том, что вам об этом известно.
Струящаяся с ладони кровь взметнулась вверх, растекалась по воздуху витым узором магической печати. Я смотрела в глаза императору, а сама телекинезом сдвигала кровавые линии печати, не позволяя ей замкнуться на моей силе и моей жизни, подменяя их на мысленно вставленные в клятву элементы.
От напряжения сводило тело, правки надо было провернуть за несколько секунд, и я успела.
Да и практика не помешает.
– Забери своё оружие, – велел император Карит.