Вдали на месте мудреца возникло огромное толстое дерево. Воздух дрожал как перегретый. Хакама впилась глазами в странный силуэт, что растопырил ветви, странно дряблые и безлистные, ствол раздался и стал еще толще. Таких деревьев она никогда не видела, даже не думала, что могут быть такие толстые, массивные, от которых веет уверенностью и... долголетием.
— Дерево... — прошептала она, — дерево, которое живет десять тысяч лет!.. О нем когда-то писали... Так вот во что превратился Сосику!
В глазах был страх, ведь могла и она.
Она посмотрела на каменные плиты стены, где в тайном месте, защищенном заклятиями, спрятала звездные карты. Вот оно, настоящее сокровище! Кто обладает им, тот обладает всем. А у нее еще есть время, чтобы с их помощью получить не только долгую жизнь, равную жизни самых долгоживущих деревьев, но и бессмертие богов... если это только возможно.
"Правда, надо выбрать время, чтобы пересмотреть хотя бы линии жизни этих... что собрались в ее башне. Таким сборищем нельзя не воспользоваться. Может быть, даже в самом деле прийти к какому-то соглашению?.. И создать что-то вроде союза чародеев, о котором все твердил тот, с зелеными глазами?
Но только править будет она.
Одна.
Глава 46
Из окон башни магическая скорлупа, незримая для простого народа, блестела лиловыми искорками. Она накрывала башню куполом, легким и почти прозрачным, похожим на пузырь из пленки молодого бычка, но в башне собрались не простолюдины, а чародеи, каждый видел, что эту скорлупу не пробить и самыми могучими таранами, не разрушить камнями из баллист.
Беркут посопел, внезапно его густой неприятный голос разорвал напряженную тишину:
— Хакама, я ставлю свою скорлупу поверх твоей!
В помещении стало тихо. Глаза всех были обращены в их сторону. Она медленно наклонила голову, чувствуя смятение и торжество. Все колдуны укрепляют свои гнезда, но такого еще не было, чтобы кто-то укреплял гнездо другого.
Воздух стал суше, в окна блеснуло цветными искрами. Казалось, многоцветная радуга повисла прямо за башней. Все видели, как медленно проявился широкий купол, который накрыл башню вместе со скорлупой Хакамы. Пока что он был цветной, как радуга, но быстро уплотнялся, матовел, становился даже на вид толще, непроницаемее, потом испрозрачнился и словно растаял.