Он поднялся во весь огромный рост, широкий и бессмертный, ловко бросил меч в перевязь за спиной. В глубине пещеры горели два факела, а на полу под стеной что-то блестело.
Олег пошел вслед за Перуном, глаза расширились, он смотрел, но не понимал."
"Это был боевой шлем Перуна, в котором тот отправлялся на войны. Из шлема торчала солома, в трепещущем свете факелов Олег рассмотрел крохотное серое тельце. На него быстро взглянул круглый темный глаз, испуганно и осуждающе, и только тогда Олег понял, что это обыкновенная горлица, дикая лесная голубка, что забралась в перевернутый шлем бога войны и устроила там гнездо.
— Понял? — спросил Перун.
Олег долго таращил глаза на странное гнездо, перевел непонимающий взгляд на Перуна:
— Честно говоря, нет.
Перун зло ткнул в сторону голубки толстым, как рукоять меча, пальцем:
— Эта тварь воспользовалась, когда я после битвы вернулся усталый и лег спать, быстро натаскала травы в шлем! Когда я собрался снова на войну, потянулся за шлемом, она уже успела отложить яйца!
Он умолк, злой и побагровевший, посмотрел на Олега.
— Ну и что?
— Как что? — гаркнул Перун, уже сердясь. От звуков могучего голоса колыхнулось пламя факелов, а голубка беспокойно задвигалась. Перун поспешно отступил на шаг. — Как что?.. Эта тварь сидит там и высиживает птенцов!
Олег снова спросил тупо:
— Ну и что?
Перун задохнулся гневом, даже в свете факелов было видно, как глаза налились кровью.
— Но как я могу взять шлем, когда она там птенцов высиживает!
Олег переводил взгляд с голубки на бога войны, снова на голубку.
— Прости... но я так и не понял.
Перун покачал мечом в воздухе, красные блики хищно бегали от острия к рукояти и обратно, всмотрелся в лицо волхва, скривился и бросил меч за спину, ловко попав прямо в ножны.
— Я вижу.
Олег с мукой оглядывался на странное гнездо:
— Я все равно не понял.
Перун вернулся к сиденью, вытащил меч и снова взял в руки точильный камень. Глаза его придирчиво искали хоть зазубринку на мече, но не находили.
— И что теперь со мной? — спросил Олег.
Перун ответил вопросом на вопрос:
— А как бы ты поступил? С голубкой?
Олег пожал плечами:
— Да шугнул бы эту... заразу. Яйца на хрен, а шлем на голову. Ну, сполоснул бы, если успела нагадить.